sehurni

Финиковое пиво

Древние месопотамцы готовили и потребляли различные алгокольные напитки. Основными были ячменное пиво и напиток из фиников, скорее вино или сидр, чем собственно пиво, но в текстах он обозначался тем же словом, что напиток из зерна. Пиво часто пили из больших сосудов с помощью трубочки или соломинки, служившей фильтром, отсеивавшим крупные и грубые частицы густого напитка. Кроме того, использование трубочек позволяло пить из сосуда сразу нескольким людям, что превращало питье в комменсалистский ритуал.

Месопотамские напитки, в частности, финиковое пиво, были вкусны, но имели некоторые недостатки, если верить античным авторам: «И питье из них (фиников. – s.) вкусное, но от него болит голова» (Ксенофонт. Анабасис. II.3.15). Много не выпьешь.

На фотографиях цилиндрическая печать из лазурита из царских гробниц Ура (раннединастический период II, ок. 2600 г. до н.э.), изображающая сцену пира. Женская фигура в обоих регистрах, возможно, представляет царицу Пу-аби. На втором изображении трубочка для питья из золота и лазурита, тоже из царских гробниц Ура.

Фото:

(с) The Trustees of the British Museum

«Сновидение Куригальзу»

Речь о небольшом клинописном фрагменте из собрания Британского музея (BM 47749), представляющим примерно одну четверть таблички с текстом историко-литературного характера. Основные действующие лица — женщина по имени Катанту и Куригальзу, вероятно, ее муж. Это, скорее всего, вавилонский царь касситской династии Куригальзу II (1332–1308). Его имя, возможно, означает «пастырь касситов». Хотя текст отсылает к персонажам XIV в. до н.э., создан он был, вероятно, во времена Навуходоносора I (1125–1104). Содержание сводится к следующему. Катанту простирается ниц перед воротами (храма), бог Бел, т.е. Мардук, слышит ее плач. После этого Куригальзу приходит в Эсагилу, чтобы совершить обряд инкубации сна. После ночи, проведенной в храме, он созывает придворных, чтобы рассказать о сне. Очевидно, те должны его истолковать. Куригальзу сообщает, что с радостью лицезрел во сне Бела, а бог Набу установил перед Белом таблицу грехов (ṭuppi ḫiṭāti). Далее снова упоминаются земные поклоны Катанту, после чего текст становится совсем фрагментарным и обрывается. Интерпретация издателя таблички, И. Финкеля, такова, что Катанту поразило какое-то несчастье и, чтобы узнать его причину и средство избавиться от него, Куригальзу проходит обряд вызывания сна. Вероятно, Катанту страдала бесплодием, и у Куригальзу не было наследника. Впрочем, из других источников мы знаем, что ему наследовал его сын Нази-Марутташ, проправивший 26 лет (1307–1282). Крайне интересным является упоминание во фрагменте таблицы грехов. Очевидно, речь идет о фиксации проступков человека, оказывавших влияние на его судьбу, в том числе посмертную. И. Финкель задается вопросами: у каждого ли была такая таблица? кто ее вел? был ли это личный бог?


Литература:

Finkel I.L. The Dream of Kurigalzu and the Tablet of Sins // Anatolian Studies. 1983. Vol. 33. P. 75–80.

Уточнение

Пикантность ситуации со вчерашней новостью про фрагмент такова, что она как бы не новость. Ну или не совсем новость. Фрагмент, как показал поиск в электронном тезаурусе по транслитерации, давно известен. Это KBo 71.176 (Bo 2024/30), т.е. он найден в ходе археологического сезона 2024 года. Прорисовка опубликована в марте 2025 года, электронная транслитерация (в значительной степени совпадающая с предложенной) появилась в конце того же, 2025 года. Всё это доступно на Майнцском хеттологическом портале.

Турецкие СМИ любят превращать в информационный повод давние научные открытия. Поэтому к их сообщениям, если в них не фигурируют официальные комментарии представителей археологической экспедиции, изучающей тот или иной памятник, нужно относиться с особой осторожностью.

Но в данном случае будет справедливо сказать, что фрагмент заслуживает широкого внимания и что он такого внимания своевременно не получил. Да и в целом, хетты и их культура безусловно достойны того, чтобы говорить о них чаще.

Новый фрагмент хетто-египетского мирного договора


Утром пришли новости об обнаружении в Хаттусе / Богазкёе, на холме Бююккале, где была царская цитадель, нового фрагмента хетто-египетского мирного договора между Рамсесом II и Хаттусили III (https://t.me/oekumenanews/146). Время обнаружения и номер таблички в новостях не сообщаются.

Судя по всему, фрагмент содержит текст из §§18 или 19 договора, где оговаривается судьба беглецов: они подлежали выдаче, однако возвратившая их сторона брала на себя обязательство не подвергать их, а также их родственников смерти, увечьям и не разрушать их дома.

Фрагмент отличается от уже известных рукописей договора (KBo 1.7+ и KBo 1.25+) формулировками и силлабарием.

В приложении сугубо предварительная транслитерация и перевод, которые наверняка будут улучшены в официальном издании. Оно несомненно последует весьма скоро.


Фото:

(c) Anadolu Agency


Литература:

Edel E. Der Vertrag zwischen Ramses II. von Ägypten und Ḫattušili von Ḫatti. (WVDOG, 95). Berlin, 1997.


Транслитерация и перевод:

Б.Е. Александров

Табличка Солнечного бога


Табличка Солнечного бога — это каменная табличка с текстом о том, как при вавилонском царе IX в. до н.э. Набу-апла-иддине в храме Эбаббар в Сиппаре была установлена новая статуя бога Шамаша и было возобновлено отправление его культа. В смутные времена за два столетия до Набу-апла-иддины культовый образ Шамаш был утрачен, и это привело к остановке богослужений. Предшествующие цари уже делали попытки их возобновить: для этого были назначены жрецы, однако вместо полноценной статуи использовалось изображение солнечного диска. Во времена Набу-апла-иддины был обретен рельеф, позволявший судить о том, как выглядела статуя. Благодаря этому удалось изготовить и установить в храме новый образ Шамаша. Набу-апла-иддина не только вернул статую, но и щедро одарил храм Шамаша, его божественных родичей и жрецов. Над текстом, рассказывающим обо всём этом, был высечен рельеф: на нем виден Шамаш, восседающий на троне, перед которым размещен солнечный диск; слева к диску подступают жрец, царь и богиня-предстательница.

Табличка была найдена в глиняном ящичке с крышкой (BM 91004), по бокам которого стояла надпись: «Образ Шамаша, владыки Сиппара, пребывающего в Эбаббаре». Видно, что табличка была разломана и впоследствии соединена. Место обнаружения ящичка — особая камера в фундаменте храма, под закладными надписями царя Набонида (556−539). Рядом с каменной табличкой в ящике лежали три оттиска ее рельефа на глине. На оборотной стороне одного оттиска были перечислены одеяния, предназначавшиеся для (статуи) Мардука.

Из всех этих фактов вытекает следующая реконструкция. Проводя накануне реновации храма Эбаббар раскопки, Набонид наткнулся на разломанную табличку своего далекого предшественника, Набу-апла-иддины. Табличку соединили, сделали для нее контейнер, положили внутрь вместе с оттисками рельефа и перечнем одеяний Шамаша. После чего Набонид поместил находку под своими собственными закладными надписями о реставрации храма.




Литература:

von Dassow E. Temporality and Periodization in Ancient Near Eastern History // Social Science History. 2012. Vol. 36/1. P. 113−143.


Фото:

(c) The Trustees of the British Museum