🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" -

Дмитрий Михайличенко, аналитик, доктор философских наук

Об импорте таджикистанских мигрантов: реальность и перспективы

Дипломатическое ведомство Таджикистана призвало граждан страны «временно воздержаться от поездок на территорию России». А затем соответствующую ноту вручили и послу России в этой Центрально-Азиатской республике. Никакого долгосрочного ухудшения отношений Москвы и самой бедной постсоветской республики не будет, но и благоприятные перспективы рисовать нет оснований.

Россия, особенно жители столиц, очень нуждаются в трудовых мигрантах, хотя их и не любят. Нужно, чтобы кто-то занимался уборкой улиц, строительством «человейников» и т.д. Качество человеческого капитала в Таджикистане таково, что других альтернатив экспорта страна не имеет. Население, преимущественно, не тюркское, и у Турции исторически меньше инструментов влияния на эту республику. Рядом - Афганистан и огромная, протяженная граница с ужасающим Средневековьем. Таджикистан, во всех отношениях, недалек от этой архаической реальности.

России и, главным образом - ее правящему классу, нужна дешевая рабочая сила, а феодальному режиму Э.Рахмона важно обеспечить экспорт этой рабочей силы на системной основе. Желательно не только избавляться от энергичной молодежи, но и получать за это ресурсы и бонусы: поэтому вице-премьер М.Хуснуллин так часто посещает солнечный Душанбе.

Заявление таджикистанского МИДа связано, на мой взгляд, с тем, что российские силовые структуры требуют от властей Таджикистана активнее заниматься контролем выпускаемых из страны людей на предмет их приверженности религиозному экстремизму. Эта проблема касается не только Москвы, но и самого режима Э.Рахмона и всего кулябского клана. Для них «вовчики» (представители исламизма, порой радикального) – одна из самых главных угроз. Но Рахмон и его феодально-прогнивший режим объективно не могут обеспечить должное взаимодействие в рамках подготовки к экспорту трудовых мигрантов в Россию.

Многие говорят, что Таджикистан может крениться в сторону Китая, но это не совсем так: углеводородов (как в Туркменистане или Казахстане) в Таджикистане нет, а дешевая рабочая сила Китаю не нужна: своей навалом. В этом плане альтернатив у Таджикистана нет (если не считать афганизацию).

Ужесточение контроля за трудовыми мигрантами из Таджикистана необходимо, но проблема в том, что забитые, доведенные до нищеты люди, лишенные своей гражданской воли, опасны не своими убеждениями, а своим состоянием. У многих из них накоплены ресентимент и ненависть к окружающему миру. Акцент на силовое подавление тут ведет к росту отложенных рисков, а эффективность работы Россотрудничества высоко оценивают только джинсовые посты в телеграм-каналах.

Миллионы таджикистанцев не могут не ездить в Россию. Пауза – это явление временное, а заявление МИДа Таджикистана не выглядит как демарш, хотя и содержит в себе неудовольствие и раздражение со стороны власти в Душанбе.

Предположу, что политическая воля руководства России будет такова, что ответственность за поведение трудовых мигрантов, в том числе и из Таджикистана, будет накладываться на бизнес-структуры, заинтересованные в их импорте. А промысловые вояжи (за счет собственных средств) с правом работать в России «на вольных хлебах» отдельных выходцев из Центральной Азии будут ограничиваться. Но быстро это обеспечить не получится.

В дальнейшем структурные риски экспорта нестабильности из Таджикистана будут нарастать. Это не тупик, но структурная проблема, которая имеет отложенные негативные эффекты в среднесрочной и долгосрочной перспективе. А оптимальной траектории не проглядывается: есть лишь варианты минимизации зла. Ими сейчас и занимаются российские власти, не пускающие в страну подозрительных выходцев из Таджикистана. Закавыка еще в том, что этих подозрительных выявить очень сложно в общей массе таджикистанских мигрантов, подавляющее большинство из которых просто хотят честно заработать в России на пропитание своих семей.