Смерть оппоционера А. Навального (внесен в список экстремистов и террористов) не создает никаких новых качеств в том, что называют внутренней политикой современной России. За исключением одного - иконизация самого умершего оппозиционера. Но пока рано рассуждать насколько эффективно этим качеством будут распоряжаться и кто именно. На сей счет большие сомнения в кратко и среднесрочной перспективе. В долгосрочной все более понятно, но совершенно непонятны сроки наступления этой долгосрочности.

В то же время вектор на секьюритизацию планомерно и последовательно лишает политадминистраторов возможности управления общественно-политическим ландшафтом. Он займет еще некоторое время, но поколебать его пока мало что в состоянии.

Если пытаться объективно оценить ситуацию: для российского общества, каким бы оно не было аполитичным, смерть Навального не является, строго говоря, новостью. Конформисты лишний раз удостоверяются в том, что нельзя выступать против государства. Лоялисты, для которых умерший враг и предатель, тем более.

Инструментарий и ресурсы диссидентов и несистемщиков тоже весьма ограничены. Этот инструментарий выстраивался для противодействия власти в авторитарном режиме и основан на публичной критике и гражданском протесте. Но сейчас ситуация иная: для радикализации у нынешних диссидентов недостаточно ни воли, ни ресурсов, ни технологий.

Однако их сфера влияния – уехавшие из страны россияне, релоканты и эмигранты. Борьба за них и их умы сейчас еще имеет значение, но противостоять тут децентрализованные и разрозненные группы диссидентов и несистемщики будут преимущественно силовому ресурсу российской власти.

Но ключевое значение на процессы будет играть социально-экономическая ситуация. В этом плане попытки выбить почву, например, из-под главы Центробанка Э. Набиуллиной и прочих рыночников, работающих на власть, гораздо более значимы с точки зрения дальнейшего состояния политического режима в стране. Впрочем, дело не в Набиуллиной, а в том, что ресурс для развития рыночной экономики в стране сокращается. Это объективная реальность. Социалистическая Венгрия или Чехословакия в таком полурыночном виде существовали достаточно долго и у нынешней России тоже есть еще значительный запас инерции, но он не безграничен.

P.S.Заявление Юлии Навальной о желании/готовности продолжить дело мужа - диспозицию не меняет.