🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" -

Дмитрий Михайличенко, аналитик, доктор философских наук

О политике государства в отношении региональной периферии

Глубинная Россия долгое время оставалась на обочине ключевых социальных процессов в стране. В малых, средних и больших городах (численностью до 250 тыс. чел.) и сельской местности проживает около 40% граждан страны, но в политическом, экономическом и культурном смысле – это ярко выраженная периферия в сверхцентрализованном государстве. С началом СВО и, особенно, проведением частичной мобилизации осенью прошлого года, ситуация меняется, и она содержит в себе ряд значимых нюансов.

1. Власть все чаще апеллирует к жителям глубинки. Это заметно на уровне заявлений руководства страны. Действительно, в лице жителей российской глубинки власти вновь обрели (на новом уровне) забетонированную поддержку внешнеполитического курса и сверхлояльности. Заметно, как губернаторы в своих публичных рассуждениях отдают дань уважения таким жителям, но, например, большинство глав регионов за последние годы не увеличили число своих поездок в районы своих областей, краев и республик. Поездки туда сопровождаются различными прошениями и требованиями решения локальных проблем, а губернаторы же, в основном, предпочитают отчитываться повесткой развития в областных центрах и лакировать все это обильным пиаром. В условиях информационного доминирования большинства региональных администраций такая политика уже носит устоявшийся характер.

2. Агломерационное развитие. Планы вице-премьера правительства М.Хуснуллина о сведении всей активной социальной жизни в стране к 30-40 большим агломерациям сейчас не особо обсуждаются, но в реальности их никто и не отменял. С началом СВО большие деньги пришли на региональную периферию, и их обладатели распоряжаются ими по-разному. Если оставить в стороне печальную иронию по поводу «белых «Лад» и посмотреть внимательнее на процессы, то можно увидеть: многие жители региональной периферии стремятся улучшить свои условия жизни и переехать в областной центр или другой крупный региональный город (условный Нижний Тагил или Тольятти). Иными словами, социально-экономические структуры продолжают движение по агломерационному пути развития России, который имеет аналогии с Китаем, но, конечно же, не сводится к ним.

3. Ценности и вкусы жителей глубинки как социальный стандарт. Заметно как правящая власть использует недовольство жителей глубинки по поводу роскоши (от фейерверков до «голой вечеринки») и вносит элемент пуританской (можно даже сказать, кальвинистской) скромности в публичную жизнь столиц и мегаполисов. Потенциал такой структурации очень значительный и, с учетом огромного уровня социально-экономического неравенства в стране, этот фактор уже стал еще одним инструментом в руках части властных групп. Одергивающие тезисы про то, что нужно быть «скромнее» и «патриотичнее», имеют значительный потенциал применения. Не только по отношению к «голым звездам» и блогерам, не доплачивающим налоги, но и к предпринимателям и прочим категориям граждан.

В целом же, процессы, в том числе и демографические, по-прежнему ведут к истощению региональной периферии, но ее сохранение в том или ином виде станет значимой задачей для укрепления фундамента действующей власти. В рамках укрупнения 30-40 больших агломераций в стране тоже придется формировать своих глубинариев, хотя и с модификациями.