За последние почти двадцать пять лет идеологическая стилистика российской власти прошла несколько условных этапов.


I.: попытка интеграция в структуры западной глобализации (1991-2007 гг.). На положении ресурсной и догоняющей полупериферии (1991-2000 гг.) или же на положении равноправного партнера Запада (2000-2007 гг.): обе попытки провалились.

II: инновационно-модернистский вариант «четырех И» Д. Медведева (2008-2012 гг.), который практически не оставил никакого следа в общественных настроениях страны.

III: консервативный и крымско-патриотический (2012-2020 гг.), в рамках которого динамика ухудшения отношений с Западом стала определяющей для всех остальных социальных, экономических и политических процессов.

IV: антиковидно-консолидирующий (2020-2022 г.). На короткий период эта повестка оказалась прервана пандемией, которая, впрочем, оставила свой след с точки зрения инструментов управления (цифровизация, усиленный контроль государств над социумом), но не с точки зрения смыслов и идей.

V: ультрапатриотический этап в условиях СВО: отстаивания традиционных ценностей и укрепление идентичности России как особой страны-цивилизации (2022 г. – по наст. вр.).

Речь идет именно о стилистике, а не об идеологии в классическом понимании для модернистских обществ ХХ в. Разница в том, что стилистика должна не столько консолидировать общество, сколько очерчивать рамки возможного и недопустимого в условиях сохранения доминирования правящего класса, а также атомизации и аполитичности. Такая диспозиция характерна для большинства развитых стран современного мира.

При этом идеологические смыслы одного этапа плавно перетекают в другой или же размываются и, фактически, исчезают: так, про «четыре И» (институты, инфраструктура, инновации, инвестиции) Медведева практически все забыли, а интеграция в структуры западной глобализации сменилась противоположной политикой. Однако идеи патриотизма оказываются устойчивыми во всей конструкции начиная с 2000-х гг. А умеренный консерватизм сменяется тематикой традиционных ценностей, хотя идейная связь тут прослеживается отчетливо.

Этой, достаточно условной классификации, вполне достаточно для того, чтобы понять: никакой жесткой идеологической привязки и внесения изменений в Конституцию страны правящий класс пока допускать не будет. Такая привязка ограничивает операционные возможности правящего класса, в том числе и в плане формирования общественно-политического ландшафта. «Пока» это примерно 2-3 года.

Текущее состояние общественно-политического дискурса показывает, что никакого вакуума идей и смыслов сейчас нет. Это говорит, скорее, в пользу того, что текущая конструкция будет долгосрочной, тем более, что политическое время и интенсивность происходящих событий будут замедляться. Хотя, конечно, окончательных выводов делать рано.