🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" -

Дмитрий Михайличенко, аналитик, доктор философских наук

О состоянии типов российской социальности в условиях геополитической конфронтации (Часть 2)

V. Северный Кавказ и национальные окраины. Традиционные паттерны и стили жизни остаются непоколебимыми в Тыве, Бурятии, Якутии или республиках Северного Кавказа. Они сильнее геополитической конъюнктуры. Демография чуть лучше, чем в центральной России. Эти регионы, в основном, на дотациях федерального центра, и экономические последствия от происходящего сказываются в меньшей степени. Однако заметен эффект ветшающей инфраструктуры и различных ЧП на этой основе (Дагестан, Северная Осетия). Социально-экономическое отставание, скорее, будет усиливаться.
VI. Прифронтовые с зоной СВО регионы и новые территории. Здесь не только новые регионы, но и Белгородская, Брянская области и другие. Актуализирован фактор безопасности. Вовлеченность в СВО здесь намного выше и, в основном, этот фактор консолидирует граждан, хотя осознание возможных и вероятных трудностей усиливает тревожные настроения и частичный отток жителей. Факторы самоорганизации в виде территориальной обороны проявляются активно. Динамика и перспективы этих территорий прямо зависят от хода боевых действий, и поэтому прогнозы тут строить крайне сложно. В новых территориях много рисков, но и деньги туда направляются активно, по крымскому сценарию.
VII. Загранично-эмиграционная. Очень обширная часть российского общества, по некоторым оценкам, - 10-12 млн. чел. Суммарно это население небольшой европейской страны, например, такой как Венгрия. Пару месяцев назад несколько федеральных чиновников заявили о том, что половина уехавших из страны после начала СВО и частичной мобилизации вернулись. Действительно, многие вернулись, но за рубежом и, прежде всего, в странах Евросоюза уже сконцентрирован значительный интеллектуальный человеческий капитал «горизонтальных людей», большинство которых не являются союзниками власти, хотя многие предпочитают быть аполитичными и нейтральными. В том числе и для того, чтобы иметь возможность возвращаться в Россию, а не жечь мосты. Работа по возвращению этих граждан в страну будет вестись планомерно, а активные критики власти рассматриваются как предатели и изменники, со всеми вытекающими последствиями. Пополнение этого сегмента за счет столичной и мегаполисной и, конечно же, рублевской части продолжится, как и отток капиталов.

Полагаю, этот контур в ближайшие годы будет динамичным, но структурных изменений тут ждать не стоит.

1. В рамках сверхцентрализованного государства доминирующее значение столиц и условной Рублевки сохранится. Сверхцентрализация в условиях нынешнего политического режима инвариантна, однако в долгосрочной перспективе рефедерализация вероятна.
2. Отток населения из страны – значимый фактор канализации протестных настроений: соответственно, его пресечение вряд ли признают целесообразным.
3. Говорить о приоритетном внимании к Сибирским и Дальневосточным регионам не приходится: перераспределение экспортных потоков на Восток оказывает некоторый позитивный эффект для них, но он не меняет конфигурацию кардинально.
4. Продолжится дальнейшее вымывание вестернизации из столичной и мегаполисной агломераций, а также сокращение возможностей для независимости граждан от государства в экзистенциальном смысле. Региональная периферия к этому уже привыкла, будет привыкать и столично-мегаполисная часть.
5. Различия между разными типами социальности будет усиливаться вне зависимости от экономической конъюнктуры. Потенциал унификации возможен на пути естественной идеологизации социума, но ее нет.