Диффузия протеста & Локализация энергии недовольства



Социология (даже византийская) говорит о 15-16% граждан, готовых протестовать по экономическим и, реже, политическим причинам. Однако в условиях атомизации социума и геополитической конфронтации протест локализован и не имеет институциональной основы. В таком состоянии социальное недовольство и протест не доставляют властям серьезных проблем и очень опосредованно влияют на рейтинги власти.

Еще 3-4 года назад протестными кейсами занималась не только несистемная оппозиция, но и политические партии типа КПРФ или «Справедливой России». Однако за последние полтора года происходило планомерное избавление региональных отделений партий от протестных ЛОМов и сама повестка работы с голосами недовольства сокращалось. Например, КПРФ ее ведет, но далеко не во всех регионах и очень осторожно.

Как следствие, недовольным, например, экологической политикой местных властей остается только жаловаться главе государства или выходить на локальные акции протеста. Обычно, в нынешних реалиях, локальным протестом занимаются непосредственно губернаторы или кураторы внутренней политики. Протестными остатками, выступающими с диссидентских позиций внутри страны, занимаются силовики.

На самом деле, есть немало кейсов, когда региональные власти вынуждены уступать требованиям граждан в виду очевидных нарушений (например, по экологии или ЖКХ). Такие кейсы недавно были в Ленобласти, Белгородской области, Марий Эл и ряде других регионов страны.

Однако в нынешних условиях резко уменьшены возможности для выражения недовольства по общественно-политическим вопросам. В рамках новых стандартов поддержка, например, региональным отделением КПРФ протеста против работы мусорного полигона в Краснодарском крае означает политизацию проблемы, а это уже не допустимо.

У кураторов внутренней политики и губернаторов есть соблазн в этих условиях объявить всех протестующих продажными или агентами Запада (как это было с протестующими в Шиесе или Куштау). Однако это самый глупый из возможных вариантов развития событий. Он не ведет к решению проблемы и даже способствует все большему озлоблению протестующих.

Локализация протеста и отключение энергии недовольства от политической сферы и ее акторов формирует удобную для власти конструкцию, в рамках которой протест будет или локальным или диффузным, и, как следствие, не окажет никакого влияния на общественно-политическую жизнь в стране и не повлияет на отношение общества к власти. Это и происходит сейчас, причем власти действуют достаточно гибко, хотя риски усиления давления на готовых выражать недовольство возрастают.