Scraps Of Madness | Cyrillic

🌸🌸🌸🌸🌸 🌟 🌸🌸🌸🌸


⭐⭐⭐⭐⭐⭐
⭐⭐⭐⭐⭐⭐⭐⭐
⭐⭐⭐


Девочки Lumis и Nala | Neuro решили запустить небольшой флешмоб по Клубу Романтики.

Суть флешмоба — поместить персонажей КР в другую игру, будто они всегда были частью этой истории 🌟
Хорроры, RPG, триллеры, soulslike, sci-fi — никаких ограничений.

Спасибо милой Icepin за переданную эстафету 🌺

Всей душой люблю MOBA League of Legends, особенно линейку скинов The Spirit Blossom или Дух цветения, которая вдохновлена мифической и фэнтезийной натурой азиатской культуры.

🌸 Кингу - Дух цветения Йоне
🌸 Голод - Дух цветения Треш
🌸 Лирен - Дух цветения Акали
🌸 Одри - Дух цветения Ари
🌸 Кадзу - Дух цветения Зед
🌸 Вики - Дух цветения Кейл

Передаю эстафету замечательным каналам ИИ уносит меня и Leinar.

Используйте специальный тег #чужаяигра, чтобы можно было полюбоваться вашими работами. И обязательно передавайте ивент дальше 🌟

#клубромантики #leagueoflegends #ЦИОТ #СН2 #АДР #РСА #ЛИ #СН #Кингу #Голод #Лирен #Одри #Кадзу #Вики #арт_ии #Cyrillic #чужаяигра

“Когда я понял, что рок есть везде? Это, когда люди, которые путешествовали по Амазонке, рассказали мне, что дети туземцев стирали белье в реке и напевали «Wind Of Change».” ©Клаус Майне

🕸️ 🖤🖤🖤🖤🖤🖤

🖤 🖤🖤🖤🖤🖤🖤

🎸 🖤🖤🖤🖤🖤

🌟 🖤🖤🖤🖤

🚬 🖤🖤🖤🖤

✅ 🖤🖤🖤🖤

А чтобы получить полный спектр эмоций, ниже одни из самых популярных треков у групп, в которые ненадолго попали персонажи 🤩

Всех узнали?👍

Она подняла взгляд, встречая его золотые глаза и видя в них ту же тягу и то же напряжение.

— Я знаю, — прошептала она. — Но… мы как-то справляемся.

— Справляемся, — согласился тихо Зейн. — Пока что.

Зейн поднял правую руку, раскрывая ладонь. Его тень, лежавшая на полу, дрогнула, отделилась от досок и поднялась, как дым, не пересекая физическую границу барьера, но проходя сквозь его магическое поле. Тень обвила запястье Кейры, скользнула выше, к руке, и мягко коснулась виска. Кейра ахнула. Воздух застрял в легких. Ощущение было столь реальным — прохладное, бархатистое, несущее в себе ритм его пульса, его волю. Тень скользнула ниже, коснулась щеки, очерчивая скулу, словно невидимый палец. Кожа отозвалась мурашками, дыхание участилось, сердце пропустило удар, забилось чаще, отдаваясь в кончиках пальцев. Она замерла, не отрывая взгляда от глаз от Зейна. Время будто замедлилось. Зейн смотрел на то, как дрогнули ее ресницы, как приоткрылись губы, как покраснела кожа под невидимым касанием. Он мягко улыбнулся, рассматривая ее лицо.

— Это… не то же самое, — пробормотала Кейра тихо дрогнувшим голосом. — Но… спасибо.

— Я знаю, — он ответил так же тихо. — Но это все, что я могу дать.

Тень медленно растворилась, уйдя в пол. Давление в висках ослабло. Воздух снова стал легким, но напряжение осталось, повисло между ними невидимой нитью.

— Иди отдыхать, совушка, — прошептал он. — Завтра снова долгий день.

Кейра моргнула, будто просыпаясь, кивнула, не в силах вымолвить ни слова, и быстро ушла в комнату, закрыв дверь за собой. Прислонившись спиной к дереву, медленно сползла на пол, обхватив колени. Глупая и довольная улыбка расплылась по лицу. Она прижала ладонь к щеке, туда, где касалась тень, и закрыла глаза, чувствуя, как внутри разливается тепло, вытесняя страх и усталость.

Внизу, в полумраке коридора, Зейн усмехнулся, качая головой. Он достал свой кинжал и точильный камень, сел на пол возле очага и принялся медленно, ритмично водить сталью по камню. Звук шуршания заполнил тишину дома.

— Глупо привязываться…, — прошептал он себе под нос, проводя лезвием по камню.

— Нисколько.

Голос раздался одновременно внутри и снаружи, заполняя все внимание и нутро. Зейн подскочил с места, оглядываясь и ища хозяина сказанного, но внутри по стенам лишь тени от предметов дергались в такт уже почти догоревшего огня у поленьев. Проклятый пытался разглядеть то, чего и так не видел, а после опустился вновь на пол и закрыл глаза, опираясь лбом на колено.

— Я проходил только через один, — сказал он медленно. — Когда Кейра заключала со мной договор.

Киф медленно повернул голову. Его взгляд упал на Кейру — тяжелый, грозный, без тени улыбки. Уши прижались к черепу, хвост замер неподвижно.

— Первые два не сработали бы, — ответил он Зейну, не отводя глаз от Кейры. — Она не воспринимала тебя как угрозу. А барьеры… они сами чувствуют. Если ведьмино чутье ошибается, они подстраиваются. Ты не был опасен для нее тогда, значит, для дома тоже.

Кейра опустила взгляд ниже, пальцы впились в ткань платья, костяшки побелели. Зейн поперхнулся, кашлянул, прикрывая рот тыльной стороной ладони. На его лице мелькнуло что-то неуловимое — тень смущения, быстро скрытая за маской безразличия.

— Все равно, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно, без лишних интонаций. — Барьеры желательно бы проверить на прочность, на случай, если церковь станет активнее. Они могут найти слабые места.

Кейра задумалась, украдкой поглядывая на каждого по очереди.

— Если прорвутся через все три… Тогда, возможно, стоит рассмотреть вариант с уходом, — сказала она с дозой трезвости понимания возможного. — Если информация Кифа правдива, если они действительно начали прочесывать леса, оставаться здесь станет не стратегией, а упрямством. Наш дом там, где мы сами.

— Нет, — отрезала Тара, отшатнувшись от стола. Стул с визгом поехал по полу, пальцы впились в край древесины так, что побелели костяшки. — Мы не уйдем. Я не отдам эту землю и не позволю тварям в рясах ступить на этот порог, не позволю им тронуть то, что осталось. Это мой дом. И я не отдам им его.

Она осеклась, будто наткнулась на собственную стену. Дыхание сбилось, но она не стала объяснять, развернувшись и выйдя из дома, хлопнув дверью так, что со стен посыпалась мелкая пыль.

Киф мгновенно сорвался с места, его уши прижались, хвост дернулся в сторону выхода.

— Я за ней, — бросил он через плечо, уже открывая боковую дверь. — Дайте ей выпустить пар. Я верну ее в чувство.

Дверь захлопнулась и в комнате повисла тяжелая, насыщенная невысказанным тишина. Зейн медленно опустился на стул, провел ладонью по лицу, стирая усталость, и посмотрел на Кейру.

— Что с ней не так? — спросил он тихо с искренним недоумением. — Она обычно холоднее и расчетливее. Сейчас это было... сыро.

Кейра заняла место напротив, обхватила колени руками, чувствуя, как дерево стула передает ей свое спокойное, земное тепло.

— Я думаю... для нее здесь есть что-то большее, чем просто стены и крыша, — ответила она, выбирая слова осторожно. — Какой-то якорь. Какая-то связь, которую она не хочет называть, но которая держит ее крепче любых барьеров. Такое уже не в первый раз.

Зейн суховато усмехнулся.

— Что такого важного может быть в куче старых досок и протекающей крыше? Дерево гниет, камень трескается, все это временно.

Кейра подняла на него взгляд.

— Говорит человек, который сам по себе напоминает ходячий архив древних обид и шрамов, — произнесла она мягко, наклоняя голову, — Но при этом остается важным и нужным. Особенно сейчас.

Зейн моргнул. Фраза повисла в его ушах и в воздухе, простая, но весомая. Он отвернулся, прочищая горло, но кончики ушей предательски покраснели.

— Я просто... трудно выкорчевываемый сорняк.

— Одно и то же, — улыбнулась Кейра, поднимаясь со своего места. — Я спать. Вы все выжали из меня все силы.

Зейн встал следом и остановился. Плечи напряглись, когда Кейра сделала шаг к нему. Барьер отозвался мгновенно. Низкий гул завибрировал в груди, отталкивая воздух, создавая невидимую, плотную стену. Давление вновь ударило в виски, тупая боль пульсировала у основания черепа, не давая сблизиться. Кейра замерла, чувствуя, как магнитное поле давит на кожу. Зейн тоже застыл, дыхание сбилось. Он сделал резкий выдох, прошелся по коридору, вернулся, не в силах стоять на месте.

— Этот барьер, — прошептал с ноткой раздражения Зейн. — Стена. Бесит.

Кейра опустила глаза и кивнула, чувствуя ту же бессильную злость. Ей хотелось просто коснуться его руки, почувствовать тепло кожи, а не этот холодный отклик магии. Пульс бился в горле, щеки горели.