Я не хотела здесь затрагивать тему водозабора, который обеспечивает водой значительную часть Москвы, и тем более обсуждать присвоенное Сергею Собянину звание Героя Труда.
Казалось, это вообще отдельная тема от моей истории с Рублёво — судебных решений, изъятия домов, сноса и того, как московские чиновники годами пытаются освободить территорию от обычных жителей.
Но сегодня я не смогла пройти мимо.
Потому что, оказывается, всё это действительно может быть одной историей.
В статье «
Герой каптруда Собянин и разорение Рублёво» очень точно подмечено то, о чём я говорю уже давно:
Рублёво — это не просто несколько домов, которые кому-то мешают на карте.Это территория, где пересекаются интересы города, крупного бизнеса, масштабного строительства и людей, которые почему-то оказались живыми людьми, а не пятнами на градостроительном плане.
И особенно интересно выглядит происходящее на фоне награждения мэра званием Героя Труда.
Пока одни получают государственные награды за «трудовые подвиги», другие жители Рублёво получают судебные иски, требования освободить дома, решения о сносе и предложение считать нормальным, что стоимость и судьба их имущества определяются не ими.
Причём речь идёт не о каком-нибудь заброшенном пустыре.
Речь идёт о территории возле Рублёвской водопроводной станции — объекта, имеющего совершенно очевидное значение для Москвы. Авторы статьи отдельно обращают внимание на водоохранную зону и риски, связанные с масштабным строительством и мостом.
И вот здесь у меня возникает совершенно простой вопрос:
если территория настолько важна, что речь идёт о безопасности водоснабжения огромного города, то почему именно интересы жителей, живущих там десятилетиями, оказываются тем, чем можно пожертвовать без особых церемоний?Почему для одних Рублёво — это территория для масштабных инвестиционных проектов, мостов, новой застройки и миллиардных перспектив, а для других — место, где можно просто взять и уничтожить дом?
И ещё один вопрос.
Если государству действительно нужна земля для государственных нужд — почему нельзя честно пройти предусмотренную законом процедуру изъятия, определить рыночную стоимость имущества и выплатить людям полноценную компенсацию?
Зачем вместо этого появляются конструкции с переселением?
Зачем владельцу дома объясняют, что его имущество вдруг стало не тем, чем оно было вчера?
Зачем годами судиться с людьми, доказывая им, что они должны уйти из собственного дома?
Я не знаю, какие именно решения будут приняты в отношении Рублёво дальше.
Но я точно знаю одно.
Когда на одной чаше весов находятся интересы крупных проектов, а на другой — права нескольких десятков обычных семей, очень легко сделать вид, что последних просто не существует.Именно поэтому я всё-таки решила вынести эту тему сюда.
Потому что история Рублёво — это уже давно не только моя история.
Это вопрос о том,
что происходит с правом собственности, когда частный дом оказывается на пути большого московского проекта.И, возможно, самое интересное в этой истории ещё впереди.
Читать статью «
Герой каптруда Собянин и разорение Рублёво»
