​О происхождении московского герба

Часть 1

20 декабря 1781 г., 240 лет назад, был официально утвержден герб города Москвы. Его описание гласило: «Святый Георгий на коне против того ж, как в средине государственного герба; в красном поле, поражающий копием чёрного змия».
Всадника на белом коне, являвшегося с давних времен символом русской княжеской власти, впервые назвал Святым Георгием Петр I. До этого времени герб Московской Руси именовался «Ездец». Причем на наиболее ранних изображениях символа отсутствовал змей, а конный воин был вооружен мечом.

Интересно, что сей герб имеет древнейшие корни, а изображенный на нем образ всадника находится в числе многих параллелей, связывающих Русь с предполагаемой прародиной народа русов - островом Рюген и близлежащим Поморьем (см. #прародина ).

Изображения конного воина начали появляться на актовых печатях древнерусских князей не позднее начала XIII в. Наиболее ранняя находка с данным символом - печать новгородского князя Мстислава Мстиславича Удатного. Всадник изображался также на печатях Александра Ярославича Невского, Дмитрия Ивановича Донского, Василия I Дмитриевича и т.д.

Одновременно, воин на коне был широко распространен в геральдике южнобалтийского варяжского побережья, у правителей острова Рюген и представителей мекленбургской династии – королей ободритов. Так, он был изображен на печатях князей Яромара I Рюгенского (XII в.), Никлота I Мекленбургского (XII в.), Богуслава I (XII в.), Витслава II Рюгенского (XIII в) и т.д.

Примечательно при этом, что мекленбургские генеалогии свидетельствуют о родстве Рюрика с ободритскими князьями, и целый ряд русских знатных родов, в том числе Романовы, происходили, по всей видимости, именно из южнобалтийского Поморья. А последняя славяноязычная жительница о. Рюген, скончавшаяся в начале XV в., носила фамилию Голицына.

Интересно проследить истоки почитания образа всадника, сделавшие его важным геральдическим символом. Очевидно, это было связано, в том числе, с особым элитным статусом кавалерии. Источники сообщают, что в южнобалтийском Поморье "...силе и могуществу знатных людей и военачальников мерилом принимается число коней. Силен, и богат, и могуществен тот, кто может содержать столько-то и столько-то коней, и, таким образом, услышав число коней, знают о числе дружинников, потому что на Поморье дружинник не имеет никогда более одного коня." (А.Гильфердинг. Исторiя балтiйскихъ славянъ. СПб., 1874. С. 89-90). Датский хронист XII-XIII вв. Саксон Грамматик упоминает триста элитных всадников на Рюгене, являвшихся «личной гвардией» бога Свентовита (А.С.Фаминцын. Божества древних славян. С.-Петербург, 1884. С.27). Помимо этого, образ конного воина был важной частью мифологических представлений жителей южнобалтийского побережья. Так, в храмах на Рюгене и Поморье содержались «священные» кони и хранилась конская упряжь, считавшиеся по бытовавшим тогда представлениям принадлежащими языческим богам Свентовиту, Триглаву и т.д. (А.С.Фаминцын. Указ. соч. С. 26,29). С участием «священных» коней проводились обряды, определявшие успешность мероприятий. Помимо этого, образ всадника, зачастую на белом коне, имеет широкое распространение в имеющем архаичные корни фольклоре острова Рюген и соседних с ним территорий (Ю.В.Иванова-Бучатская. Plattes Land: Символы Северной Германии (славяно-германский этнокультурный синтез в междуречьи Эльбы и Одера). СПб, 2006. С. 111-115). К примеру, символично данное рюгенское придание: «Некогда в окрестностях Гарца… стоял замок с великолепными домами и храмами, где жили язычники... Много веков назад замок был захвачен христианами, храмы разрушены, а идолы сожжены… Лишь иногда рассказывают, будто по ночам можно видеть призрак статного мужчины с золотой короной верхом на белом коне…» (Ю.В.Иванова-Бучатская. Указ. соч. С. 102-103). Распространены подобные образы также в обрядах, ряжениях и проч., зафиксированных позднее и у русских в России (см., например, здесь).

Часть 2

#геральдика
#Древняя_Русь
#Московская_Русь
#Российская_империя
#прародина
#русы