А сегодня я нашла в заметках на телефоне фрагмент, который на скорую руку написала для той — не случившейся — памятки, и решила, что нет причины ему пропадать. Поэтому вот, выше уже было про «проявленность», а ниже — про «насмотренность».
Про «насмотренность»
Моя бабушка не умела вкусно готовить. Не то чтобы она готовила плохо, просто скучно и однообразно. В нашем доме, например, не было никаких специй, помимо лаврового листа и черного перца горошком, и тем более не было соусов.
В детстве я не обращала на это внимания и только с возрастом обнаружила, что даже домашняя кухня не сводится к формуле «курица с рисом, рыба с картошкой», а высокая (Haute Сuisine) тем более.
Чтобы сделать это открытие, мне пришлось уехать из дома, много и с удовольствием путешествовать, смело пробовать разное в разных местах — от Питера до Бангкока, от уличных лотков до мишленовских ресторанов, т.е. делать все то, чего моя бабушка (по многим причинам) была лишена.
В современно мире для этого есть популярный термин — «насмотренность».
Насмотренность — это сумма накопленного опыта и натренированного вкуса. Сама по себе она не превращает нас ни в успешного повара, ни даже в страстного кулинара (меня не превратила), но помогает научиться отличать вкусное от безвкусного и дурновкусного; ориентироваться в разнообразии доступных ингредиентов; анализировать и оценивать их качество, уместность и сочетаемость, и, наконец, понимать, почему про тексты не стоит говорить «вкусные» даже внутри сквозной кулинарной метафоры 😉
Мне сложно представить хоть одну дисциплину или область человеческой деятельности, где насмотренность неважна, писательское мастерство не исключение. Скорее даже наоборот: в отличие от многих навыков, которые мы осваиваем органически, путем подражания окружающим или методом проб и ошибок, работа со словом требует специальных условий и специальных усилий.
Ни элементы сюжета, ни литературные жанры, ни языковые тропы не являются априорным знанием. Мы узнаем об их существовании в процессе чтения, когда знакомимся с текстами разных авторов из разных стран и литературных школ. Чем шире круг чтения, тем выше насмотренность, а, значит, диапазон, в котором мы можем уверенно ориентироваться и смело экспериментировать — смешивая, взбалтывая и изобретая собственные рецепты.
Как сказал Стивен Кинг:
Если хотите быть писателем, вам прежде всего нужно делать две вещи: много читать и много писать. Это не обойти ни прямым, ни кривым путем – по крайней мере я такого пути не знаю.
🎓 Больше нескучной пользы