Post #714
51
🔠🔠🔠🔠🔠🔠 🔠🔠🔠
Если посмотреть на сценарии «Разговоров о важном» 21 сентября для разных возрастов, хорошо видно, что окончательно закрепилась практика разделять темы для 1–5 и 6–11 классов. Что ж, будем исходить из этого и дальше.
В начальных классах выбрана тема искусственного интеллекта. И в целом урок выглядит как обычный урок цифровой грамотности: детям предлагают думать самостоятельно, проверять информацию, не доверять нейросети вслепую и соблюдать правила безопасности. Ценностная рамка здесь, конечно, есть, но она довольно мягкая: ИИ должен оставаться инструментом, а решения должен принимать человек; машины должны служить людям (и желательно государству, но об этом вскользь).
В 6–7 классах начинается уже совсем другой разговор. Там снова история жизни, и в этот раз герой дня — Нурмагомед Гаджимагомедов. С детьми будут говорить о мужестве, долге, семье и ответственности: кого мы считаем героем, что такое ответственность перед близкими и почему человек иногда думает не только о себе. И в конце эти понятия последовательно связываются с ответственностью перед товарищами и Родиной.
Когда описывается его жизнь, сначала появляется человек, а уже потом военнослужащий. Это создаёт эффект деполитизации конкретного военного сюжета. Подростку предлагают не обсуждать, что это за война, почему Россия там участвует и прочий контекст. Речь только о том, как воспитать (а это нужно обязательно) самоотверженность и способность «в экстремальной ситуации думать о других». Рефлексия подростков направляется в сторону убеждения: ответственность перед близкими = ответственность перед товарищами и перед Родиной.
Для старших классов конструкция становится ещё тоньше. Подросткам предлагают говорить о личном выборе, характере, семье и ценностях, а не просто слушать рассказ о герое. И вновь военный и политический контекст, конечно же, не обсуждается. Нет разговора о причинах и последствиях конфликта, разных взглядах на него или возможности не согласиться с происходящим. Зато подробно показан молодой человек с семьёй, увлечениями и планами, который сделал героический выбор. Смерть, утрата, боль снова формулируются как «героически погиб», «отдал жизнь». Для юношей формируется эмоционально близкий образ обычного молодого человека, а гибель становится кульминацией истории, а не её завершением.
Любопытно, что в сценариях этой темы есть вполне здравая мысль: «мы не можем требовать от других и даже от себя героических поступков». Но затем всё равно предлагается вопрос: как научиться больше думать о других людях и своей роли в мире? То есть: «Ты не обязан, нет-нет, но хорошие люди поступают именно так. Не убеждай других, но сам подумай». Экстремальный военный поступок переводится в повседневную моральную норму.
А другая новинка — домашнее задание. Вторая линия повествования в теме для 6–11 классов — преемственность поколений. Гаджимагомедов показан не как отдельный герой, а в связке с его родителями, ребёнком и следующими поколениями. А также появляется второй герой, Василий Марзоев, и его семейная военная история. Далее школьнику предлагается поговорить со своими родственниками и найти собственную семейную историю.
То есть государственный нарратив буквально встраивается в семейную коммуникацию. С точки зрения педагогики это хороший способ закрепления материала. Вообще в этом году уроки педагогически выстроены очень грамотно. И это пугает, поскольку означает, что опасные установки будут укореняться глубже и прорастать быстрее. И вот с точки зрения пропаганды это «домашнее задание» является переносом государственного нарратива из школы в семейное пространство.
Мы крайне не рекомендуем посещение «Разговоров о важном» 21 сентября, если ваш ребёнок учится в классах с 6 по 11.
Если посмотреть на сценарии «Разговоров о важном» 21 сентября для разных возрастов, хорошо видно, что окончательно закрепилась практика разделять темы для 1–5 и 6–11 классов. Что ж, будем исходить из этого и дальше.
В начальных классах выбрана тема искусственного интеллекта. И в целом урок выглядит как обычный урок цифровой грамотности: детям предлагают думать самостоятельно, проверять информацию, не доверять нейросети вслепую и соблюдать правила безопасности. Ценностная рамка здесь, конечно, есть, но она довольно мягкая: ИИ должен оставаться инструментом, а решения должен принимать человек; машины должны служить людям (и желательно государству, но об этом вскользь).
В 6–7 классах начинается уже совсем другой разговор. Там снова история жизни, и в этот раз герой дня — Нурмагомед Гаджимагомедов. С детьми будут говорить о мужестве, долге, семье и ответственности: кого мы считаем героем, что такое ответственность перед близкими и почему человек иногда думает не только о себе. И в конце эти понятия последовательно связываются с ответственностью перед товарищами и Родиной.
Когда описывается его жизнь, сначала появляется человек, а уже потом военнослужащий. Это создаёт эффект деполитизации конкретного военного сюжета. Подростку предлагают не обсуждать, что это за война, почему Россия там участвует и прочий контекст. Речь только о том, как воспитать (а это нужно обязательно) самоотверженность и способность «в экстремальной ситуации думать о других». Рефлексия подростков направляется в сторону убеждения: ответственность перед близкими = ответственность перед товарищами и перед Родиной.
Для старших классов конструкция становится ещё тоньше. Подросткам предлагают говорить о личном выборе, характере, семье и ценностях, а не просто слушать рассказ о герое. И вновь военный и политический контекст, конечно же, не обсуждается. Нет разговора о причинах и последствиях конфликта, разных взглядах на него или возможности не согласиться с происходящим. Зато подробно показан молодой человек с семьёй, увлечениями и планами, который сделал героический выбор. Смерть, утрата, боль снова формулируются как «героически погиб», «отдал жизнь». Для юношей формируется эмоционально близкий образ обычного молодого человека, а гибель становится кульминацией истории, а не её завершением.
Любопытно, что в сценариях этой темы есть вполне здравая мысль: «мы не можем требовать от других и даже от себя героических поступков». Но затем всё равно предлагается вопрос: как научиться больше думать о других людях и своей роли в мире? То есть: «Ты не обязан, нет-нет, но хорошие люди поступают именно так. Не убеждай других, но сам подумай». Экстремальный военный поступок переводится в повседневную моральную норму.
А другая новинка — домашнее задание. Вторая линия повествования в теме для 6–11 классов — преемственность поколений. Гаджимагомедов показан не как отдельный герой, а в связке с его родителями, ребёнком и следующими поколениями. А также появляется второй герой, Василий Марзоев, и его семейная военная история. Далее школьнику предлагается поговорить со своими родственниками и найти собственную семейную историю.
То есть государственный нарратив буквально встраивается в семейную коммуникацию. С точки зрения педагогики это хороший способ закрепления материала. Вообще в этом году уроки педагогически выстроены очень грамотно. И это пугает, поскольку означает, что опасные установки будут укореняться глубже и прорастать быстрее. И вот с точки зрения пропаганды это «домашнее задание» является переносом государственного нарратива из школы в семейное пространство.
Мы крайне не рекомендуем посещение «Разговоров о важном» 21 сентября, если ваш ребёнок учится в классах с 6 по 11.
- 💔 6
- 🙏 3

















