Просто худеть недостаточно: начинается гонка за «качество» снижения веса

Ещё недавно гонку на рынке препаратов от ожирения было довольно просто измерять: процент снижения массы тела. Теперь, похоже, появляется второй параметр — из чего именно складываются потерянные килограммы.

💊 На этой неделе Genentech, входящая в Roche, лицензировала у корейской Hanmi Pharmaceutical экспериментальный препарат HM17321. За права Hanmi получит $190 млн авансом, а общая стоимость сделки с выплатами за успешную разработку и коммерциализацию может достигнуть $2,3 млрд. Для препарата, который пока находится только в первой фазе клинических исследований, ставка довольно высока.

🔎 Причина интереса — необычная задача HM17321. Это не очередной GLP-1 агонист: препарат представляет собой длительно действующий аналог урокортина-2 (UCN2) и активирует рецептор CRF2. Его пытаются разработать так, чтобы преимущественно уменьшать жировую массу, сохраняя и даже потенциально увеличивая мышечную. В доклинических исследованиях Hanmi сообщала о таком эффекте как при монотерапии, так и при комбинации с GLP-1; сейчас это ещё предстоит подтвердить у людей. После завершения фазы 1 дальнейшую разработку с фазой 2 возьмёт на себя Genentech.

💪 Почему это вообще стало дорогостоящей проблемой? Современные GLP-1-препараты дают впечатляющее снижение веса, но вместе с жиром пациенты теряют и часть безжировой массы. Например, в исследовании Regeneron COURAGE около 35% потери веса на семаглутиде на 26-й неделе приходилось на безжировую массу. Особенно важным этот вопрос становится для пожилых пациентов и людей с исходно небольшой мышечной массой.

📝И Roche здесь не одна. Lilly ещё в 2023 году заплатила до $1,925 млрд за Versanis Bio, чтобы получить bimagrumab — препарат, способный влиять на соотношение жировой и мышечной массы. Regeneron изучает добавление антитела trevogrumab к семаглутиду, а в июне этого года в Nature Medicine вышли результаты Phase 2 другого подхода — комбинации tirzepatide с ингибитором миостатина apitegromab для сохранения безжировой.

‼️ Первая волна obesity R&D доказала, что фармакологически можно убрать от 15–20% массы тела. Теперь начинается борьба за то, какие именно килограммы пациент потеряет.
Открывается новый слой рынка поверх GLP-1: препараты для сохранения мышц, комбинации, альтернативные метаболические механизмы и, возможно, отдельные решения для пожилых пациентов. И $2,3 млрд, которые Roche готова поставить на пока ещё ранний HM17321, хорошо показывают, что «качество похудения» постепенно превращается из красивого дополнительного свойства в самостоятельную коммерческую цель.