🎭 ПОЛИТИЧЕСКАЯ МАНИПУЛЯЦИЯ: ГДЕ ЕЁ ЛЕГЧЕ УСТРОИТЬ?

Зачастую можно услышать скептическое отношение к прямой демократии (далее будем называть её просто демократией), дескать «Правительство, корпорации и прочие сильные мира сего будут манипулировать народом с помощью СМИ». Начнём с того что скажем прямо, да, такое возможно и порой будет происходить, но как известно всё познаётся в сравнении, так давайте сравним, в какой системе проще манипулировать политическим субъектом. В демократии, республике (представительной демократии) или автократии? При демократии манипулятору нужно убедить большинство народа, в республике — большинство парламента, а при автократии — одного человека, диктатора. Сразу уже видно, что масштаб решаемой задачи различается существенно. Посмотрим на конкретные исторические примеры.

👑 Автократия, достаточно одного верного уха.
Классический учебный пример  хитрости история префекта преторианской гвардии Луция Элия Сеяна при римском императоре Тиберии. Сеян постепенно завоевал полное доверие немолодого и уставшего от государственных дел императора. По свидетельству Тацита, он через любовницу, жену наследника Друза,  устранил соперника, сына Тиберия, а в 26 году н.э. убедил самого императора удалиться на остров Капри «для отдыха», оставив текущее управление и главное, весь поток донесений и писем в своих руках. Получив фактическую монополию на то, какие сведения доходят до Тиберия, Сеян несколько лет подряд убирал конкурентов под видом заботы о безопасности трона. Разоблачила его случайность. В 31 году невестка Тиберия Антония передала ему тайное письмо с уликами. Тиберий не стал действовать в лоб, а обыграл Сеяна его же оружием сенату зачитали письмо императора, которое начиналось с рутинных дел и постепенно переходило к обвинениям, в тот же день всесильный временщик был арестован и казнён. Итог: чтобы обмануть одного человека, достаточно стать для него единственным источником сведений о происходящем вокруг, именно так и работал Сеян, пока не столкнулся с чужой хитростью.

Похожий эффект давало и прямое психологическое влияние без всякого контроля над перепиской. При дворе Николая II слово Григория Распутина имело такой вес, что через влияние на императрицу Александру Фёдоровну он фактически участвовал в назначении и снятии министров в 1915–1916 годах, то есть смог влиять на управление огромной империей, убедив по сути одну семью.
В обоих случаях манипулятору нужно было найти подход всего к одному человеку  или в крайнем случае к его ближайшему окружению из нескольких людей.

🏛 Республика: цена вопроса — чуть больше сотни голосов
В 1892 году во Франции рухнула компания, строившая Панамский канал. Расследование вскрыло «панамский скандал» и чтобы получить от парламента разрешения на новые облигационные займы и заглушить критику в прессе, руководство компании подкупило свыше сотни депутатов и сенаторов, а заодно нескольких министров и журналистов. Скандал на годы подорвал доверие к французскому парламентаризму,  но интересен он не столько масштабом коррупции, сколько её эффективностью: чтобы получить нужное решение целой страны, оказалось достаточно договориться примерно со ста конкретными людьми, чьи имена и адреса были известны заранее.

История «мыльного пузыря Компании Южных морей» в Англии в 1720 году. Чтобы парламент разрешил обменять весь государственный долг на акции компании (сама компания рассчитывала озолотиться на разнице), её директора заранее раздали крупные пакеты акций, часто вовсе без реальной оплаты, нужным министрам и парламентариям, в их числе канцлеру казначейства Джону Эйзлаби, нескольким статс-секретарям и, как писали современники, фаворитке короля герцогине Кендалской. Одновременно щедро оплаченные памфлеты и слухи раздували в публике веру в баснословные будущие прибыли от торговли с Южной Америкой, которой на деле почти не было,  и акции взлетели в цене в разы. Когда пузырь лопнул осенью того же года и разорил тысячи вкладчиков, парламентское расследование 1721 года вскрыло масштабы подкупа. Эйзлаби признали виновным в «наглой и опасной коррупции» и на время заточили в Тауэр, ещё нескольких министров и депутатов исключили из палаты общин.

🗳 Прямая демократия: чем шире аудитория, тем дороже и ненадёжнее результат

В 1988 году генерал Пиночет, уверенный в победе и полностью контролировавший телевидение и радио, вынес на общенациональный плебисцит вопрос о продлении своего правления ещё на 8 лет. Оппозиции выделили лишь несколько минут эфира поздно вечером  и она использовала их для жизнерадостной кампании «No» вместо ожидаемой мрачной агитации. Несмотря на административный ресурс целого авторитарного государства, «Нет» набрало около 56% голосов, и Пиночету пришлось уйти. Даже диктатор с полным контролем над СМИ не смог гарантированно продавить нужный ему исход голосования, когда решение принимали миллионы, а не один человек.

При этом сказать, что убедить большинство совсем невозможно, было бы нечестно. В 1917–1918 годах американский Комитет общественной информации (Creel Committee) сумел за считанные месяцы развернуть настроения населения США от нежелания участвовать в Первой мировой войне к массовой поддержке военных действий с помощью плакатов, кинохроники и десятков тысяч добровольных агитаторов.

В 2020 году сервисы Uber, Lyft, DoorDash и Instacart потратили на кампанию за калифорнийское «Предложение 22», выводившее их водителей из-под обычного трудового законодательства, свыше 200 млн долларов — против примерно 20 млн у противников инициативы, то есть почти в десять раз больше. Вдобавок компании рассылали пользователям и водителям обязательные для просмотра сообщения прямо внутри своих приложений, где голосование «за» подавалось как единственный способ сохранить приложение и заработок. «Предложение 22» набрало почти 59% голосов, при том что независимые опросы до начала кампании показывали куда более скромную поддержку идеи. Ни насилия, ни подкупа депутатов — просто монополия на внимание собственной аудитории и десятикратный перевес в рекламном бюджете. То есть манипулировать массовым сознанием на голосовании возможно, но для этого нужны совершенно другие масштабы ресурсов, времени и координации, чем для того, чтобы подкупить сотню депутатов или найти общий язык с одним монархом.

Подводя итог: Демократия не обладает сто процентным иммунитетом от манипуляций, однако этот иммунитет гораздо сильнее чем у республики или автократии.