безответственный редактор

Перечитывание любимых книг для меня часто процесс более важный, чем первая встреча с текстом. Тут как с человеком – настоящее, глубокое и тонкое знакомство случается, когда позади восторги первых встреч и этап узнавания. Сюжетно и идейно без сюрпризов (хотя и тут - мало ли), и тогда открывается более тонкий мир, спрятанные мысли и едва ощутимые чувства, новые (часто – бесконечные) поводы для любви. При этой моей убежденности, перечитывания я позволяю себе крайне редко и лишь обязательно выждав время (часто перечитать книгу мне хочется сразу, как только я ее закончила – так было с романом «Братья Карамазовы»).

Вчера на берегу горной реки я в третий раз дочитала Normal People. Заметки и подчеркивания я каждый раз делаю разной ручкой – чтобы проследить, какие слова прозвучат во мне именно сейчас. Самое удивительное, что больше всего подчеркиваний я сделала именно в последний раз, когда казалось, что текст я знаю практически наизусть. Бездонность важной для тебя литературы.

Being alone with her is like opening a door away from normal life and then closing it behind him

Lately he’s consumed by a sense that he is fact two separate people, and soon he will have to choose which person to be on a full-time basis, and leave the other person behind

He carries the secret around like something large and hot, like an overfull tray of hot drinks that he had to carry everywhere and never spill

Зависть, конечно, плохое чувство… Но сложно иначе, когда вот так выглядят поп-ап пространства Acne Studios в Париже, Лондоне и Токио – в честь тридцатилетия бренда и нового выпуска журнала Acne Paper. Невероятно!

Новый выпуск внушительного по объему журнала Acne Paper (выходит дважды в год, это – 21 выпуск) называется Autoportait – ребята пишут, что собрали автопортрет творческого мира, который вырос в родном для проекта Стокгольме за время с 1996 года. Красиво! А еще мне нравится, что Acne Paper делает упор на то, что они больше, чем бренд-медиа – пишут про разное, от гобеленов 15 века до гендерных меньшинств, от живописи до уличной фотографии, и съемки делают с самыми разными брендами.

Пожалуй, одно из любимых занятий в жизни – придумывать самому себе приключения и киношные чудеса с посылом: «а почему нет? можем ведь!» – и красиво воплощать их в жизнь. Так мы устроили бал в Петербурге для самих себя 🌟🌟🎪

Доходный дом на набережной, высокие потолки, лепнина, из окон видна только Нева да небо, а мы стучим каблучками по паркету. Все – в пышных белых платьях, за тот вечер нам несколько раз спели прохожие «ах, эта свадьба!». Да и вообще, казалось, что весь субботний летний Петербург, который не спал той ночью, кажется, и часа, был создан только для нас. Так бывает, если самого себя превратить в main character, толпой подруг нарядиться во что-то пышное, придурковатое, но неизменно очаровательное.

Улыбаюсь, вспоминая, что придумали мы все почти случайно – в далеком холодном январе пили чай после катаний на лыжах, обсуждали мемуары Юсупова, тосковали об императорской России – и так намечтали себе самую красивую и длинную ночь лета.

🌕

Фрэн Лейбовиц говорит, что талант — это единственная по-настоящему случайная вещь в мире. Его нельзя освоить, ему нельзя обучиться, он «разбросан как песок по свету и может проявиться где угодно». Даруется при рождении, и no hard work can help.
Второй день думаю, как же я не согласна.

#хорошийтекст интервью с Настей Ливадновой, арт-директором модного дома Ushatava. Свежий воздух и хулиганство русского языка. Полностью тут.

Я чувствую, что мы все живем своими мечтами из прошлого, поэтому сложно быть удовлетворенным тем, что мы имеем сейчас.

Я родилась в Ростове-на-Дону, такой приятный город для рождения бандитов и бандиток. 

На мой взгляд, это ловушка — выбирать один контекст проявления. При таком векторе вы самостоятельно ставите себя в позицию, в которой сильно зависите от специфичного мнения специфичных людей. Начинаете подстраиваться под них. Never in my lifetime. 

Никакие регалии не опишут непосредственность и прикол ума. Роли сменяемы, содержание вечно.

летом, когда до поездки на море еще очень далеко, мне нравится думать о москве как о курортном городе. она шумит, воет грузовыми машинами, пылит навязчивыми стройками, а моя улица больше похоже на дюну дени вильнева – песчаные бури и холмы из раскореченных дорожных знаков.

я перехожу ленинградский проспект с мороженым в руке, но для меня я будто иду по набережной вдоль родного моря. мне в лицо - пыль и шум машин, я представляю - что это морской бриз и крики чаек. впереди меня смешной парень в голубой рубашке и с рюкзаком - а мне кажется, что он в тапках и с огромной пляжной сумкой, откуда торчит запотевшая бутылка пива Крым.

я иду к блаженному, лучшему за садовым кольцом месту. открытый бассейн в моем спортзале обнесен деревянным забором посреди бизнес центра. я лежу у воды в окружении офисов и наслаждаюсь звуками мусоровоза – и это мой бич пэрэдайс.

я смотрю на людей, что идут, гуляют и лежат рядом со мной, вижу, что им хочется думать так же. лежа у воды с нескончаемым шумом на фоне они меланхолично записывают свои мысли в бумажный дневник. посреди ленинградского проспекта, там где полоска зеленого оазиса, бабулечка сидит с молочным коктейлем и корги. и я - в огромной рубашке, шортах и биркенштоках, любимом и продуманном образе бате на отдыхе - топаю в купальнике с книгой под мышкой утром четверга через весь ленинградский.

и все мы мечтаем о море.
#колонка