Младшие проявляют вытесненное

В ответах на мои вопросы ожидаемо преобладает позитив. И это здорово, что есть такие реакции, когда творчество сотрудников приветствуется и этому дается зеленый свет.

К сожалению, я сталкивалась и с другими реакциями - когда в ответ на что-то яркое и позитивное, генеральный проявлял раздражение в духе «Им что там, заняться нечем?!».

Реакции на такого рода креатив линейных сотрудников открывает нам важнейший пласт организационной динамики - по ней можно отследить, а что вообще происходит с организацией с точки зрения ее живости.

Давайте посмотрим на это через более простую и знакомую аналогию - семейную систему. Как реагируют родители на спонтанность, шумные игры и творчество детей?

Если родитель находится в контакте со своей внутренней свободой, детская живость вызывает улыбку и иногда родители даже включаются в этот гвалт. Но если родитель зажат, если он жестко запретил себе легкость, живя исключительно в парадигме тяжелого «надо» и гиперответственности - искрящаяся, неконтролируемая энергия ребенка будет его неимоверно раздражать. Спонтанность бессознательно воспринимается как угроза устоявшемуся внутреннему порядку.

В организационных структурах это работает так же.

Когда руководитель (системно старший) вытесняет собственную творческую, живую часть ради тотального контроля, любой «несанкционированный» креатив сотрудников бьет прямо в эту подавленную зону. Безобидный ролик с промплощадки тогда будет считан не как признак здоровой атмосферы в коллективе, а как нарушение субординации. Возникает непреодолимый импульс "закрутить гайки" и "вернуть всех к станку."

И здесь становится очень интересной фигура заместителя. Пересылая такой ролик, он бессознательно (а иногда и вполне осознанно) тестирует систему. Это может быть как приглашение первого лица разделить радость от того, что система «жива», так и безопасная проверка границ жесткости директора?

Для руководителя умение отследить свою первую, автоматическую реакцию на подобные проявления - это очень наглядная практика. Она возвращает фокус внимания к себе: а сколько свободы и живости я сейчас позволяю самому себе в своей собственной роли? Ведь именно состояние первого лица спускается вниз по иерархии.