ПОСТАНОВКА ПРОБЛЕМЫ
Вопрос про “распространенность преступности среди людей с психическими расстройствами” важно конкретизировать. Есть много разных призм, через которые его можно сформулировать, но вот основные задачи:
♥️посчитать долю людей с психическими расстройствами среди осужденных;
♥️оценить криминогенность группы (например, с определенным психическим расстройством: какой % совершает преступления?).
Конечно, все будет зависит от условий и способов подсчетов.
♥️Скажем, ожидаемо, что сегодня статистика выглядит более “устрашающей” с бóльшим процентом людей с психическими расстройствами среди заключенных - как минимум потому, что эти расстройства стали куда более активно и точно диагностировать. А с некоторыми так у нас вообще есть проблемы с гипердиагностикой.
♥️♥️Хорошо бы также конкретизировать категорию “психического расстройства” - мы про шизофрению? Аддикции? А, может, РПП? Уже интуитивно очевидно, что далеко не все психические нарушения будут сильно связаны с повышенным риском насилия.
♥️♥️♥️А что касается оценки рисков - хорошо, но по сравнению с кем? Со всеми людьми с конкретным диагнозом в популяции? С пациентами психиатрических клиник? По сравнению с людьми определенного социального статуса, но без клинических диагнозов? Вариантов море.
РАЗНЫЕ ИСТОЧНИКИ ДАННЫХ
♥️Данные тюрем/СИЗО:
отвечают на вопрос, сколько осужденных имеют клинические диагнозы, но не доказывают, что именно болезнь привела человека к совершению преступления.
♥️Эпидемиологические исследования населения:
оценивают риски насилия при наличии диагноза. Крайне важно контролировать побольше разных влияющих факторов - конфаундеров (социальный/финансовый статус, возраст, пол и др.).
В этой группе источников самые кайфовые исследования - например, большая популяционная когорта с последующим наблюдением и контролем конфаундеров. Берем много людей, учитываем большое количество данных по психическому и не только здоровью, а также другие важные факторы (пол, возраст, опыт насилия в прошлом, злоупотребление ПАВ и др.), наблюдаем их несколько лет, а потом смотрим исход - было ли совершено преступление, насильственное или нет, и т.д. И дальше строим модели для оценки рисков.
Как вы понимаете, таких исследований кот наплакал.
♥️Судебно-психиатрические данные:
а что с людьми, которые были признаны невменяемыми? Имеем в виду, что понятие (не)вменяемости - юридическое, а не клиническое! Здесь сдвиг в том, что это уже отобранная группа высокого риска (те, кто уже совершил преступление). Они не репрезентируют общую популяцию или популяцию людей с диагнозами в целом.
♥️Статистика служб (МВД, ФБР…):
регистрируют количество/вид преступлений, обстоятельства; могут дать какие-то стат данные по социально-демографическим параметрам (и то не факт). Здесь у нас мало шансов достать правдоподобные данные по психиатрическому статусу.
ДАННЫЕ ПО РФ
У нас данные, в основном, из судебно-психиатрической сферы, которые отвечают на часть вопросов о рисках. На сайте НЦПЗ доступна, например, монография Ф. В. Кондратьева “Судьбы больных шизофренией: клинико-социальный и судебно-психиатрический аспекты”. Основной вывод у автора такой:
♥️Риск повторного ООД (общественно опасного деяния) внутри судебно-психиатрической группы связан не просто с диагнозом “шизофрения”, а с возрастом начала противоправного поведения, типом психопатологического механизма, предшествующим лечением и личностно-социальными факторами.
♥️При этом среди всех учтенных больных шизофренией совершившие ООД и признанные невменяемыми составляют менее 1% (и это ниже, чем преступность в общей популяции).
♥️Кондратьев подчеркивает, что его данные не доказывают “особой криминогенности” шизофрении как диагноза. И вообще посыл у автора - антистигматизирующий. Дело не в шизофрении как таковой, она просто “виднее” - более распространена как диагноз. Другие факторы могут иметь более важное значение (возраст при совершении первого преступления; ситуативные факторы; наличие аддикций от ПАВ и др.).
Есть более современные данные (например, статья 2023 г., ретроспективный анализ факторов риска повторных противоправных действий среди больных шизофренией), где выводы согласуются с данными Кондратьева.
♥️В целом, современные российские исследования уточняют не вопрос “опасны ли люди с шизофренией вообще”, а какие признаки внутри уже отобранной (судебно-психиатрической) группы связаны с повторным совершением противоправных действий.
🔥Здесь мы также должны помнить о том, что риск рецидива - вопрос не только характеристик правонарушителя (пациента, в нашем случае), но и работы системы. Что происходит в исправительном учреждении/на принудительном лечении; каково качество сопровождения после выписки; что с социальной реадаптацией и т.д.
ПРОМЕЖУТОЧНЫЙ ВЫВОД
♥️Много интересного можно почитать в российских исследованиях в этой области, но в основном это все - судебная психиатрия. Это исследования выборок правонарушителей с диагностированными расстройствами и изучение факторов риска уже внутри этих групп. Их могут сравнивать с группами правонарушителей с другими типами расстройств (например, с органическими). Но это не позволяет напрямую оценить криминогенность всех людей с психическими расстройствами (и даже с конкретной шизофренией) в общей популяции.
Продолжение следует