Корея

Продолжу предыдущий пост. На самом деле, рассматривать китайский рынок как пример для подражания просто бессмысленно. Он настолько огромен и самодостаточен, что о нем и писать-то неловко. Давайте лучше посмотрим на положительные и отрицательные примеры Южной Кореи, чье кино уж скоро лет 30 как восхищает мировую аудиторию.

Корея остаётся крупным рынком кинопоказа, но он ещё не восстановился до доковидного. Там где-то под 600 кинотеатров и 3400 экранов. Это сопоставимо с Россией, у нас даже побольше.

KOFIC — ключевая институция, типа CNC во Франции. Разрабатывает и реализует планы поддержки, управляет фондом девелопмента фильмов, ведёт исследования, поддерживает международное сотрудничество и администрирует систему квот на корейские фильмы. Формально члены KOFIC должны действовать независимо при исполнении своих обязанностей, но бюджет и назначение аудитора связаны с Министерством культуры, так что… Есть и аналог нашей ЕАИС: кинотеатры обязаны подключаться к интегрированной билетной системе, которая собирает данные о продажах билетов по всей стране в реальном времени.

Посещаемость кинотеатров после ковида упала в 2 раза и пока не отросла. В 2019 корейские кинотеатры собрали около 227 млн зрителей, а в 2024 — 123 млн. Т.е. 54% от уровня 2019.

Корейское кино регулярно выдает нац. хиты, но частота сверхкрупных локальных успехов пока ниже, чем раньше. В 2024 году Exhuma собрала 12 млн зрителей, а The Roundup: Punishment — 11,50 млн. В 2025 году крупнейшим корейским фильмом по данным KOBIZ стал My Daughter is a Zombie с 5,64 млн зрителей и кассой около $34,1 млн.

2025 оказался слабее 2024-го и многих доковидных лет. А в 2026 — снова успех, о нем ниже.

Доля национального кино в Корее вообще колеблется очень сильно. По данным MCST, доля корейских фильмов по посещаемости — 58,0% в 2024, 48,5% в 2023, 55,7% в 2022, 30,1% в 2021 и 68,0% в 2020. То есть, все зависит от силы конкретных фильмов и конкуренции.

Главная протекционистская мера в кинотеатрах — screen quota, обязанность кинотеатров показывать корейские фильмы минимальное число дней в году.

Уже 20 лет как эта квота — 73 дня в год на каждый экран. До соглашения о свободной торговле с США квота составляла 146 дней, затем ее сократили вдвое. Корейская кинообщественность сочла это сокращение за уступку Голливуду, но квота сохранилась. Вот и весь протекционизм.

Экранная квота защищает доступ корейских фильмов к экрану, но не гарантирует спрос. Она создаёт минимальное окно присутствия национального кино в кинотеатрах, однако посещаемость зависит - как всегда!)))) - от качества фильмов, маркетинга, звёзд, жанра, конкуренции с Голливудом и конкуренции с онлайн-платформами. Никто не заставит зрителя смотреть то, что ему не нравится. А что нравится - он сам посмотрит.

Господдержка в Южной Корее — это комбинация прямых субсидий, возвратного финансирования, фондов развития, программ копродукции, инфраструктурной, фестивальной и экспортной поддержки. Как везде в странах с господдержкой.

KOFIC поддерживает производство корейских фильмов и международные копродукции. В программе International Co-production Fund годовой бюджет указан как 3 млрд вон. Один проект может получить до 50% чистых производственных расходов корейской стороны, но не более 500 млн вон, а KOFIC возвращает только тело вложения при наличии выручки сверх производственной себестоимости и не претендует на прибыль сверх этого.

Государство отдельно поддерживает СРЕДНЕБЮДЖЕТНОЕ кино, потому что именно оно сильнее всего пострадало после пандемии и увлечения аудитории онлайном. В программах KOFIC на 2026 год заявлено удвоение поддержки среднебюджетного корейского кино с 10 млрд вон в 2025 году до 20 млрд вон, а также новые инициативы в области копродукции и даже ИИ-фильмов.

Корея поддерживает и иностранные съёмки на своей территории. KOFIC предлагает location incentive — денежный грант до 25% расходов, понесённых в Корее, а региональные кинокомиссии могут добавлять к этому и собственные формы поддержки.

Господдержка оказывается не только кинопрокатному кино.