Если бы в биографии Хамина были только бизнес и политика или даже плюс блогерство, его образ оставался бы достаточно привычным для крупного регионального предпринимателя. Коллекционирование живописи меняет эту картину. Он тут один такой.

Личное собрание Хамина включает произведения современного искусства и неофициального советского художественного движения. В 2022 году The Art Newspaper Russia опубликовала большое интервью с Хамином под названием «Я доверяю искусству, и оно направляет меня». Это многое объясняет. Чтобы быть уникальным, надо быть смелым. И наоборот - чтобы быть смелым, надо быть уникальным.

Возникает другая система координат. В строительстве результат измеряют квадратными метрами, сроками окупаемости, соотношением распроданности к стройготовности. В коллекционировании важны художественная ценность, исторический контекст и способность предугадать те произведения, которые сохранят смысл и спустя десятилетия.

Хамин не ограничился приобретением работ для частного собрания. Он начал показывать их публике, превращая своё увлечение в самостоятельный культурный проект, в который вовлекается все больше и больше горожан.

Летом 2025 года в «Граде» открылась первая выставка современной российской живописи из личной коллекции Хамина — «Зачем родился?». Год спустя последовательно открылись выставки «Назад в СССР» и «Наперекор судьбе». Первая обращалась к официальному искусству социалистического реализма, вторая — к неофициальному художественному миру 1950–1980-х годов. На последней представили около ста произведений примерно пятидесяти художников, включая работы Виталия Комара, Александра Меламида и других авторов. Подобного масштаба выставок живописи Воронеж не знал. Рано или поздно эта частная коллекция станет новым Музеем современного искусства, новой точкой притяжения для культурного Воронежа.

В биографии Евгения Хамина есть и другие направления деятельности — как в бизнесе (ресторанном, например), так и за пределами коммерческого строительства. Он связан с благотворительным фондом «Центр социальных проектов», выступал меценатом строительства храма святых благоверных князей Петра и Февронии Муромских на выезде из «Града».

Эти эпизоды дополняют образ предпринимателя, для которого общественная деятельность не ограничивается управлением бизнесом. Здесь важно различать заявленные намерения и конкретные результаты, но сами инициативы показывают, насколько широким стало поле его интересов.

Что останется после Хамина? Представим, что через несколько десятилетий кто-то решит написать историю Воронежа начала XXI века не через перечень губернаторов, мэров и депутатов, а через изменения городской среды.

В такой книге появятся новые жилые кварталы, торговые центры, развлекательная инфраструктура и культурные проекты. «Град» окажется одним из символов нового формата загородного торгово-развлекательного комплекса. Океанариум — примером того, как частная инициатива вышла за пределы традиционного строительства. «Олимпийский», «Русский авангард» и «Россия. Пять столиц» станут частью разговора об архитектурном поиске в массовом жилищном строительстве. А выставки коллекции Хамина будут уже другой историей — о том, как частное собрание стало доступно городской публике.

И всё это останется после него. Останется в родном городе, а не на Лазурном Берегу, в эмиратских небоскрёбах или швейцарских банковских ячейках. Это всё, куда можно зайти или поселиться, или просто прийти за покупками, или на свидание, или впервые показать наследнику дивный водный мир.

С юбилеем, Евгений Николаевич! Многая и благая лета!