Напомню чем заканчивается стих:
Закричал он: — Что за шутки! Еду я вторые сутки, А приехал я назад, А приехал в Ленинград!
В то время как у Маршака главный герой путешествует в вагоне, который не прицеплен в локомотиву, и точка отправления всегда равна точке прибытия, Пелвина герой «Желтой стрелы» едет на поезде который никогда не останавливается, и с точки зрения пассажиров в мире ничего кроме поезда нет.
Это такой метафизический поезд сансары, и чтобы сойти с него нужно понять, что ты в поезде. Вот как это описывает Пелевин:
В этом вся разница. Но если ты попытаешься объяснить эту разницу кому-нибудь из пассажиров, тебя вряд ли поймут.
– Ты что, пробовал? – спросил Андрей.
– Пробовал. Они не понимают даже того, что едут в поезде.
– Какой-то бред получается, – сказал Андрей. – Пассажиры не понимают того, что едут в поезде. Услышал бы тебя кто-нибудь.
– Но ведь они и правда этого не понимают. Как они могут понять то, что и так отлично знают? Они даже стук колес перестали слышать.
И лишь стук колес или его отсутствие объединяют Маршака, Пелевина и немного Гребенщикова