Дневники Прошуттериста

Терпеть не могу, когда в соцсетях в своих никнеймах пишут название компании, где работают:

Ivanov.teremok
Zhuravlev.azstatneft
Timokhin.atas.bistro

Прикол ещё в том, что они, потом еще перейдя в новую контору, меняют никнейм на новый — zhuravlev.aeroazs

Это так вонюче, слов не подобрать 😬

Сегодня в нашей рубрике «Семейные истории» — Борис Тимчук, основатель и СЕО уютных итальянских ресторанов «Прошуттерия» (мы с детками часто заходим туда перекусить, а домой почти всегда берем их потрясающую мортаделлу) и соавтор подкаста «Культурное животное».

— Расскажите немного о своей семье. Какие ваши дети?
У нас с женой Дианой двое детей: Давиду недавно исполнилось семь лет, Любе — два.
Детки совершенно разные. Давид более требовательный и осторожный, местами брезгливый и воротит нос от посредственного, разбалованный, или, как я предпочитаю думать, со вкусом. При этом он очень смекалистый. Это видно и в том, как он собирает LEGO и разные конструкторы, и в том, как умеет спорить, защищать свою позицию и порой буквально пересиливать родителей аргументами. Та еще задачка для пришедшего с работы меня — я устал, а он давай наваливать доводы под то, что ему хочется получить.
Люба, напротив, пока абсолютно без тормозов. Она очень открытая, жизнерадостная и ещё не особенно умеет разделять людей на своих и чужих — меня это слегка тревожит. Очень открытая, но будто для всех. У неё глаза как смайлики-скобочки, и когда она хитрит, то ходит с характерным прищуром.

— Что вам больше всего нравится в роли отца?
Больше всего мне сейчас нравится просто наблюдать за детьми: смотреть, как они меняются и как постепенно проявляются их характеры.
Раньше мне почему-то казалось, что наличие ребенка в семье — это почти бинарная величина: ребенок либо есть, либо его нет. А после рождения Любы оказалось, что внутри детства огромное пространство. Дети разные, и они сами по себе дают объем. Более того, один и тот же ребёнок может быть совершенно разным от месяца к месяцу. Раньше я об этом даже не задумывался.

— Как вы обычно проводите время дома?
Наши домашние вечера обычно устроены довольно просто. Жена в основном занимается Любой и готовит ужин, а я стараюсь подхватить Давида и наполнить его вечер.
Дети обожают играть вместе: бегают по квартире вокруг дивана и обеденного стола, кидаются резиновыми мячиками, играют в съедобное-несъедобное. Я тоже участвую — например, изображаю шлагбаум, который им нужно каким-то образом преодолеть, и лежу где-то посередине. Иногда догоняю их, насколько хватает дыхалки.
Главный семейный ритуал — это, конечно, книга перед сном. Из последнего мы прочитали «Волшебника Изумрудного города», «Урфина Джюса и его деревянных солдат», первые три книги о Гарри Поттере. Дальше в поттериане пока не пошли, потому что становится страшновато, но первые три книги — это что-то невероятное.

Ещё мы слушаем подкасты «Мослектория» о животных, регулярно переслушиваем подкаст «Культурное животное», который мы запускали вместе с Олей Чучадеевой, и любим детские подкасты «Гусьгуся». Самый любимый у нас — «Это вам не сказки».

— Какие театры любите посещать с детьми?
В театр мы чаще всего ходим в «Карлсон Хаус». С Давидом — в основном на Новую сцену, его любимые спектакли — серия «Зверский детектив». Недавно как раз вышла новая часть.
Люба тоже ходит в «Карлсон Хаус», но уже на Малую сцену на улице Ломоносова. Впервые она оказалась там примерно в год и два месяца. Мы просто валялись на ковре и смотрели, что делают актеры и музыканты. Дети могли постепенно включаться в представление: подходить, играть с мячиками, шариками, взаимодействовать с артистами.
Мне нравится, когда маленького ребёнка не заставляют чинно сидеть и смотреть, а разрешают ему входить в спектакль в собственном темпе. Для малышей это, как мне кажется, очень важный опыт.

— А какие музеи ваши любимые?
С Любой мы больше всего любим ходить в Эрмитаж. Причем это смешно и неожиданно, но, во-первых, ей нравится не Главный штаб, а именно Зимний дворец, а во-вторых, особенно интересны античные залы и египетская коллекция: саркофаги, резьба по камню, небольшие фигурки, статуи. Всё разглядывает и любит задания «найди что-нибудь».

Продолжение в комментариях..🔽

Я не сказала "да", милорд.
- Вы не сказали "нет"

Ну и отдельно стоит рассказать про это лето — что жизнь не сахар, пармезанчики.

В последние два месяца какими только лютейшими проверками нас не взъебывали. Поочередно, а порой и одновременно к нам заходили и Роспотребнадзор, и администрация, и налоговая, и ещё пара служб. У меня сложилось стойкое впечатление, что всё, что было до этого лета, в последние 7-10 лет — это была лишь демка, тренировка бизнеса, нас обкатывали прелюдией, и самый секс начинается только сейчас.

До этого был ковид, начало войны, мораторий на проверки и рынок рос так сильно, что внимание проверяющих органов распылялось на всю эту ресторанную свору, не сосредотачиваясь на ком-то конкретно. А сейчас негласно, но мораторий, судя по всему, сняли, закрытий ресторанов на 20 проц больше, чем открытий, и соответственно всё проверяющее внимание становится а) жёстче, б) сконцентрированней.

В целом, мы все это ожидали и готовились, поэтому спокойно и стойко отбиваемся, где-то корректируя ошибки, где-то поедая горькие пилюли, но ощущение, что нас ебут, очень неприятное. И сладострастным этот секс не назовешь, он — не по обоюдному согласию: мы даже не договорились на какое-нибудь определенное стоп-слово

Вчера на Снобе вышел прекрасный материал о «Культурном животном». Прекрасный он потому, что Сноб дал высказаться почти всем соучастникам проекта, не только мне и Оле, но и актерам озвучки, и режиссеру, и ведущему, и даже нашему дизайнеру Саше Козловой.

Мой комментарий о проекте простой — признание в любви к мангусту:

Мангуст — моё любимое животное: вёрткий, умный, смекалистый. Поэтому мы и взяли его в маскоты проекта и отрисовали на логотипе. Как по мне, это очень витальные качества, которые позволяют не раскисать в трудных ситуациях и создавать вокруг себя что-то классное и безопасное. Мангусты в целом очень дружелюбные, хоть и шкодистые, и живут совсем близко к дому человека, а порой и внутри — то есть буквально наши друзья-защитники, настоящие братаны.

Подкаст для меня важен именно социокультурной стороной: хочется видеть животное в человеке и человека в животном. Видеть связи и на индивидуальном уровне, и на животном — мягко подчёркивать это, без менторского тона создавать пространство, где детки и их родители могут узнать что-то новое, похихикать и понять что-то про себя.

Здорово, что нам удаётся привлекать талантливых актёров. Для меня очень важно, что каждый привносит своему животному личную интерпретацию. Это действительно не заранее спродюсированная озвучка животного персонажа, а буквально будто животное приходит в студию и хочется ему сказать, как в детстве: "а давай дружить!" — настолько каждый отыгран.

Слушайте с удовольствием!

Один из наших бывших сотрудников — талантливый и очень эмпатичный Илья Мезенцев, — вот уже год, а может быть и больше, является участником танцевальной студии «Сдвиг».

Илья — вон он, в красной рубашке — с самого начала был одним из самых ярких и чутких сотрудников Прошуттерии. Успел поработать с нами и на Петроградской в Петербурге, и в Москве, и как же мне откликается, как я радуюсь, когда наши сотрудники проявляют себя и в Прошуттерии, и уже после неё — творчески или профессионально каким-то новым образом. И как меня самого это сильно вдохновляет!

Сегодня я был на выступлении этой студии в летнем театре Новой Голландии. И это уже не первый раз, когда я хожу на их выступления, но сегодня — с живой музыкой, да ещё и увидев Илью, — я остался в полном восторге и вновь почувствовал, что это невероятно здорово — поработать вместе, разойтись, а потом встретиться у другом качестве

Рекомендую всем, пока эта танцевальная группа ещё выступает, купить билеты и сходить посмотреть. Тем более что в городе стоит такая прекрасная погода.

Сейчас на Дворцовой набережной прямо напротив Эрмитажа ремонтируют участок гранитной стенки.

Все огорожено, пройти нельзя — огромные гранитные плиты сняты и лежат рядом. И именно в этот короткий момент ремонта особенно хорошо видно, насколько прекрасным мог бы быть Петербург, если бы воду наконец вернули горожанам.

Петербург стоит на воде, но живет к ней спиной.

Вода в городе повсюду — и при этом почти нигде к ней нельзя подойти. Можно смотреть на Неву сверху, из-за высокого гранитного парапета. Можно идти вдоль нее по узкому тротуару, зажатому между рекой и автомобильной дорогой. Но спуститься, сесть рядом, почувствовать прохладу, выпить пивка, услышать воду не как декорацию, а как живую часть города — нам почти негде.

Наши гранитные набережные невероятно красивы. Они и есть Петербург — строгий, тяжёлый, имперский, каким он был. Но одновременно этот гранит не только обрамляет воду, но ещё мерзко отгоняет нас от неё. Нева остаётся главным зрелищем города, но почти не становится его частью — пространством, кудк можно просто прителепать вечерком без напряга.

Когда-то такая жесткая граница между городом и рекой была оправдана: Петербург каждое десятилетие переживал разрушительные наводнения.

Но почему-то ничего меняется с тех пор, как с 2010-х годов город защищает дамба. Почему?

Конечно, это не означает, что теперь можно разобрать исторические набережные: они укрепляют берега, держат грунт, дороги и коммуникации. Но, кажется, мы уже можем хотя бы спросить себя: обязательно ли вся граница между человеком и Невой должна оставаться глухой и вертикальной?

Может быть, дело не в том, чтобы отказаться от гранита. А чтобы хотя бы перестать считать гранитную стену единственным возможным способом существования города у воды. Может нам дадут ещё несколько спусков или променадов?

Можно сохранять исторические набережные — и одновременно делать спуски, ступени, террасы, понтоны, небольшие площади у самой воды. Создавать вторую береговую линию — не парадную холодную, фонирующую, а человеческую. Чтобы по Неве можно было не только плыть или смотреть на неё издали — чтобы вдоль неё можно было гулять, спускаться к воде, сидеть на нагретых ступенях, чувствовать ветер и прохладу.

Основная черта нашего времени заключается в том, что при всем обилии разнообразных новостей, доступов к электронным библиотекам, к видео и музыке нам всем на самом деле это жутко осточертело.

Когда мне было 20 и на дворе был 2011 год, мне казалось, что экономика растет только вверх, что только что опубликованный Google Art с доступом ко всем главным музеям — это Святой Грааль, где я буду проводить всю жизнь, что то, что я изучаю английский, французский и китайский, значительно расширяет мой кругозор и возможности и что это — нормально.

А сейчас — мир и мы в нем пресыщены. Все есть — бери не хочу. Но коллективный разум настолько стремится скатиться либо к пустому, либо к негативу, что смотреть вширь уже не особо хочется.

Какой там изучать разные страны, смотреть разнообразные фильмы в порыве «ещё, ещё!». Сейчас мне легче интровертивно «не выходить из комнаты и не совершать ошибку» — я прочёл Божественную комедию, получил огромное удовольствие, а теперь — читаю её вспять, от Рая к Аду главу за главой, и так мне нравится, что я с одной — с одной-одинешечкой книжечкой сижу да не смотрю, что там в новостях, что там в гугл-арте, что там у какой певицы или блогера.

Если раньше хотелось все-все вбирать и ничего не пропускать, то сейчас период невероятной избирательности и скепсиса к эксплицитному, внешнему. И думаю, что так не только у меня

💼💼💼💼💼💼💼

В тот момент я уже нигде не работал. Помню, как просто гулял по городу и зашел погреться в библиотеку Французского института на Невском.

Взял полистать кулинарную энциклопедию и не заметил, как прошло два с половиной часа. Так я загорелся идеей сделать свой гастрономический проект.

Борис Тимчук возил мороженое в Китай, но с началом ковида из-за жестких ограничений на границах бизнес пришлось свернуть. Так он задумался о собственном деле внутри России. Появилась возможность снять помещение с арендными каникулами — так возникла «Прошуттерия». Сначала — как лавка с вином и деликатесами. А потом дело разрослось до трех ресторанов в Москве и Санкт-Петербурге.

Когда к нам приходят сами итальянцы, у них уже нет вопросов. Сначала скептически относились, но потом признали, что такой уровень еще поискать даже у них в стране.

Читайте, как московский ресторан помог бизнесу в Петербурге, почему лучшая мортаделла в Вологде и как устроена экономика и инвестиции в такое дело: https://t-j.ru/bz-tg/prosciutteria/