С «Яблоком» получился любопытный юридический эксперимент. Есть законодательство об авторском праве — и, конечно, споры о его применении можно обсуждать исключительно в его рамках. Но если партия снята с выборов, потому что в агитации нашли нарушения авторских прав, возникает несколько более интересный вопрос: почему политическая конкуренция вообще должна решаться через набор процедурных поводов, каждый из которых по отдельности выглядит вполне законно?

Особенно выразительно выглядит контекст. Верховный суд отменяет регистрацию партии, у здания суда появляются силовики и автозаки, а собравшимся предлагают разойтись с предупреждением, что молодых людей уже не придется «забирать из военкомата».

Формально все это можно разложить по разным папкам: авторское право — в одну, избирательное законодательство — в другую, общественный порядок — в третью. Именно так и работает бюрократическая система: каждый эпизод имеет свое рациональное объяснение, а совокупный результат почему-то всегда получается один и тот же.

Можно сколько угодно обсуждать, действительно ли «Яблоко» нарушило конкретные нормы агитации. Это вопрос для суда и юристов. Но политический вопрос находится уровнем выше: что остается от выборов, если допуск к ним все чаще определяется не столько политическим выбором избирателя, сколько способностью кандидата пройти через постоянно сужающийся коридор формальных запретов?

И здесь возникает неприятная для власти проверка на прочность. Если «Яблоко» действительно представляет такую незначительную угрозу, почему его участие в выборах вообще требует столь сложной системы запретов и силового сопровождения?

Иногда лучший способ понять политическую систему — посмотреть не на то, кого она боится, а на то, сколько усилий она готова потратить на доказательство того, что бояться ей совершенно нечего.