В Кремле открыто признали: российская экономика входит в фазу спада. Однако это якобы «ожидаемо» и делается ради высшей цели — макроэкономической стабильности. Такой комментарий в четверг дал пресс-секретарь президента Дмитрий Песков, реагируя на первые за три года отрицательные данные по ВВП.
«Это ожидаемый процесс охлаждения экономики… Всё это — в целях обеспечения макроэкономической стабильности. Но определённое, скажем так, падение возможно, и оно уже есть»,
— сказал Песков. По его словам, правительство и президент уже разрабатывают меры, чтобы развернуть тенденцию в сторону роста.
Согласно данным Минэкономразвития, в январе–марте 2026 года российский ВВП сократился на 0,3% в годовом выражении — впервые с первого квартала 2023 года, когда падение составило 0,8%. Ранее, в январе–феврале, спад был ещё заметнее — до 1,8%.
На фоне общего замедления гражданская экономика явно проигрывает «военной». Разделение страны на два параллельных мира — растущий оборонно-промышленный комплекс и стагнирующий остальной сектор — усиливает социальное расслоение.
Росстат зафиксировал: коэффициент Джини, отражающий концентрацию доходов, в прошлом году достиг 0,422 — максимума с 2007 года. В 2024 году он составлял 0,41, а прирост оказался рекордным за всю историю наблюдений с 1995 года. Коэффициент фондов (разрыв между доходами 10% самых богатых и 10% самых бедных) вырос до 15,8 раза против 15,5 годом ранее. Доля доходов верхних 20% россиян увеличилась, тогда как у остальных — сократилась. На 10% самых обеспеченных теперь приходится 30,8% всех доходов.
Обычные граждане ощущают это по платёжкам. «Газпром» отчитался о резком улучшении результатов: головная компания получила в первом квартале 147,54 млрд рублей чистой прибыли по РСБУ (против убытка годом ранее). Рост обеспечило, в том числе, рекордное за 11 лет повышение тарифов на газ для населения — в среднем на 14,85% в прошлом году. В 2026–2028 годах, по макропрогнозу Минэкономразвития, тарифы на газ и совокупный платёж за ЖКХ проиндексируют ещё на 27,9%.
Таким образом, убытки газового гиганта фактически перекладываются на домохозяйства через рост коммунальных расходов. Пока «Газпром» возвращается к прибыли, миллионы россиян сталкиваются с замедлением экономики, стагнацией реальных доходов вне оборонного сектора и усиливающимся ощущением, что «стабильность» Кремля оплачивается именно их кошельками.
Правительство переходит к стратегии «экономического выживания», где макроэкономические показатели (курс рубля, инфляция, баланс бюджета) ставятся выше реального благосостояния граждан. Главный риск здесь — не в самом падении ВВП на доли процента, а в усталости адаптивности населения. Ресурс терпения к «временным трудностям» не безграничен, особенно когда цифры в квитанциях ЖКХ растут быстрее, чем любые обещания роста.