Пластика убеждения

Новость из Приморья едва не потерялась на фоне привычного информационного шума, но заслуживает внимания. Губернатор Олег Кожемяко объявил, что в школах региона появятся скульптуры эмбрионов, напечатанные на 3D-принтерах. Инициатива, по его словам, должна «помочь детям осознать важность материнства и значение семьи». Проект поддержала и РПЦ: митрополит Владивостокский Павел назвал происходящее «новым этапом борьбы за то, чтобы дети рождались».

Так харизматично начинались многие социальные кампании в России: с простого и наглядного образа, который должен заменить собой сложный разговор. Но в данном случае мы наблюдаем переход от просвещения к символическому давлению.

Государство последние годы ищет способы повлиять на демографию — от льготной ипотеки и маткапитала до инициатив по поддержке беременных студенток. Однако эффект остается минимальным: суммарный коэффициент рождаемости стабильно ниже уровня простого воспроизводства и составляет около 1,4. На этом фоне часть регионов решила действовать через культуру и мораль — и Приморье не первый пример. Ранее в крае частные клиники фактически отказались проводить аборты: не формально запрещено, но сделать невозможно.

Теперь акцент смещается в сторону школьных аудиторий.

Показать подросткам пластикового эмбриона и сказать: «Это человек» — способ эмоционального воздействия, рассчитанного на действие до того, как появляется способность к автономному выбору. Проблема в том, что подростковая аудитория слишком хорошо чувствует, когда на них пытаются надавить. Там, где предполагается воспитание, легко возникает отторжение.

Кроме того, разговор о рождении детей в XXI веке — это не разговор о биологии, а разговор о будущем.
Почему молодые люди откладывают родительство?
— жильё недоступно;
— доходы нестабильны;
— государственные гарантии непредсказуемы;
— стоимость образования и медицины растёт быстрее зарплат.

Скульптура на подоконнике кабинета биологии эту систему факторов не меняет.

Приморские власти делают ставку на моральную убедительность традиционализма. Но это язык прошлого, пытающийся убедить людей, живущих в настоящем, которое устроено иначе. В отличие от XIX века, ребёнок перестал быть «естественным результатом» брака — он стал осознанным проектом, требующим ресурсов, планирования, поддержки.

Если государство хочет, чтобы детей рождалось больше, ему придется не объяснять «важность материнства», а создавать условия, при которых материнство не выглядит рискованным экспериментом.

Скульптуры эмбрионов могут стать символом эпохи — эпохи, когда вместо решения проблем предпочитали производить их пластмассовые модели.

Но пластик, в отличие от доверия, не обладает способностью к росту.