Аборт, демон и муляж: как Россия строит новую демографию

Мы, друзья, в 2025 году боремся, по сути, не с депопуляцией, а с автономией человека. И в этой борьбе государство и церковь, кажется, добились первого реального успеха: женщину снова научили бояться

В России, где средняя продолжительность жизни мужчин стабильно не дотягивает до пенсионного возраста, а экономика — до стадии «развитой», снова решили, что проблема не в бедности, не в дороговизне жилья, не в войне, а в женщинах, которые слишком свободны.
Новая волна антиибортистской активности, прикрытая благими словами о «демографии» и «ценности жизни», на деле выглядит как государственно-церковный квест по стиранию личного выбора из общественного пространства.

РПЦ отчиталась: частные клиники в 76 регионах «нарушают законодательство», потому что не соблюдают «сроки тишины» и «рекламируют аборты». Цифра впечатляющая — 85% всех обследованных учреждений. Добровольцы направили 732 обращения в Генпрокуратуру и МВД, как будто речь идёт не о медицинской услуге, а о контрабанде оружия.
Впрочем, с точки зрения официальной идеологии — так оно и есть: женщина, решившая не рожать, рассматривается как угроза государственной безопасности.

Параллельно губернатор Вологодской области гордо рапортует: «всего один аборт за месяц» — и добавляет: «эффективность 100%». Это, если вдуматься, формула для будущего политического пиара: не важно, сколько детей родилось, важно, сколько не было уничтожено.
По этой логике, чем больше принуждения, тем «успешнее» демографическая программа.

Всё это происходит на фоне высказываний представителей духовенства, которые давно перестали отличаться от конспирологических форумов. Схиигумен Гавриил объясняет трансгендерность «демонами в утробе», а гинекологов — «палачами».
Речь идёт не просто о богословском экстремизме, а о легитимации насилия над реальностью — когда медицинская профессия, половое воспитание и контрацепция превращаются в проявления сатанизма.

Эта риторика идеальна для новой России: она одновременно мифологична и управляемо-популистская. Когда реальные проблемы — бедность, алкоголизм, дефицит жилья, вымирание регионов — не решаются, власть и церковь создают символического врага.
«Демон» здесь — просто метафора женщины, которая решает за себя.

Тем временем в Екатеринбурге активистка, представляющая движение «Женщины за жизнь», устраивает инспекции женских консультаций. Сценарий — в духе TikTok-реалити: «я беременна и сомневаюсь», затем — скрытая камера, обличение врачей, которые объясняют контрацепцию.
На стене — плакат о стерилизации как методе профилактики абортов? Его рвут и топчут. В финале — наклейка: «Здесь работают над улучшениями».

Это не просто эпизод антиибортистской кампании — это культурная модель. Россия медленно, но целенаправленно движется к формату, где женщина обязана быть беременной, государство — наблюдателем, церковь — надзирателем, а общество — аплодирующей массой.

В Татарстане, Вологодской области и Подмосковье решили пойти дальше — в кабинетах доабортного консультирования теперь будут стоять пластиковые руки с эмбрионом.
Муляж стоит 3,5 тысячи рублей, но при этом, утверждают организаторы, «7 из 10 женщин, взявших его в руки, решают рожать». Возможно, статистика столь же достоверна, как и «85% нарушений» у частных клиник, но образ — идеальный: вместо реальной поддержки материнства — сувенир из пластмассы.

Россия сегодня переживает редкий случай обратной модернизации — когда государство, вместо того чтобы учиться у мира, решает научить мир собственной архаике. И делает это с бюрократической последовательностью и религиозным пылом.
Демография превращается в теологию, а репродуктивная медицина — в политический ритуал.

Всё это может сработать на уровне статистики: абортов, вероятно, станет меньше — просто потому, что их перестанут фиксировать официально.
Но на уровне общества результат будет противоположным: там, где страх заменяет выбор, рождаются не дети, а новые поколения людей, уверенных, что свобода — это грех.