НДС и инфляция: кого лечим, кого калечим

Зампред Центробанка Алексей Заботкин честно предупредил, что повышение налогов ускорит инфляцию. По его оценке, рост НДС до 22% добавит 0,6–0,7 процентного пункта к индексу потребительских цен. Это значит, что все прогнозы правительства о «умеренном влиянии» новых налогов на цены можно сразу делить на два — в лучшем случае.

На бумаге логика властей выглядит стройно: Минфин получает дополнительные 1,2 трлн рублей в 2026 году, бюджет выглядит сбалансированным, Центробанк может снизить ключевую ставку, экономика — чуть оживиться. Но этот баланс держится на предположении, что бизнес и население «проглотят» рост НДС без особых последствий.

В реальности всё сложнее. Бизнес будет перекладывать налог на потребителя — кто быстрее, кто медленнее, но процесс неизбежен. Цены в торговле и услугах не повышаются по звонку из Минфина, но и не остаются неизменными, если государство решает прибрать ещё пару процентов с оборота. Даже если часть бизнеса из страха потерять спрос «сдержит аппетиты», остальные поднимут цены, и инфляция снова окажется выше целевой.

ЦБ сейчас прогнозирует замедление инфляции с нынешних 8% до 6,8% к концу года, а затем выход на 4%. Но это прогноз до налоговой реформы. После неё показатели снова поедут вверх. Получается, что Минфин и ЦБ действуют в противофазе: первый закладывает будущий рост цен, второй пытается убедить общество, что он временный и управляемый.

Ключевой вопрос не в том, будет ли инфляция выше. Будет. Вопрос в том, насколько высокими окажутся издержки для экономики в целом. Ставка НДС, встроенная в каждую кассовую операцию, — это не просто цифра в налоговом кодексе. Это налог на доверие потребителя к завтрашнему дню. Когда он растёт, это доверие неизбежно падает.

Правительство называет повышение НДС «менее болезненной альтернативой» эмиссии и росту долга. Но для населения это очередная плата за финансовую устойчивость государства, которое не готово ни сокращать расходы, ни пересматривать приоритеты. Иными словами, бюджет выживает, но кошельки худеют.

Россия снова лечит одну болезнь, подхватывая другую. Вопрос только в том, хватит ли у экономики иммунитета пережить очередной курс такой «терапии».