Молодёжная политика России — это не про будущее, а, к сожалению, про контроль

Если вы хотите понять, каким видит своё будущее в Москве, не слушайте экономистов и не читайте генералов. Включите музыку — ту, за которую оно готово платить.

На этой неделе стало известно, что президентский фонд выделяет 1 миллиард рублей на создание музыкального контента для молодёжи. Заявки принимаются от клипмейкеров, авторов песен и продюсеров, готовых рассказать молодым россиянам о "героизме", "традиционной семье", "служении" и "многодетности". На выходе должно получиться нечто среднее между TikTok и военным маршем.

Но это далеко не просто странность из области культурной политики. Это концентрированное выражение курса, в котором молодёжь — не самостоятельный субъект, не источник идей и перемен, а материал. Его нужно обработать, слепить, оградить — и тогда он станет "сильной движущей силой страны", как написано в анонсе нового закрытого доклада Росмолодёжи.

Доклад, кстати, — тоже примечательная история. Его открытая часть будет демонстрировать "успехи" государственной молодёжной политики. Закрытая — рассказывать о "девиантных детях", подписанных на опасные сообщества: от анархистов до суицидальных форумов. Всё это, очевидно, с прицелом на усиление контроля, отчётности и бюджетирования.

Всё больше похоже на советский рефлекс — если что-то идёт не по плану, значит, в этом виноваты не мы, но плохо поставленная пропаганда. Надо срочно наладить — побольше мероприятий, поярче песни, посильнее фильтры.

Фонд Путина, Движение Первых, гранты на Z-фестивали, обучение школьников управлению дронами, патриотические рэперы, «Школа остроумных удмуртов» — весь этот лоск и шум маскирует одну простую цель: встроить молодёжь в вертикаль. Не вдохновить, а направить. Не дать слово, а прописать текст.

Тут проявляется главный парадокс: власть заявляет, что хочет растить лидеров, новаторов, креаторов, — но воспитывает их, как солдат. Под лозунгами свободы и самореализации идут проверки на лояльность, а вместо вызова к мышлению — рифмы о долге, верности и духовности.

И всё же есть надежда. Несмотря на все усилия государства, молодёжь остаётся самой скептичной частью общества. Именно молодые — в соцсетях, на форумах, в айтишных чатах — чаще всего задают неудобные вопросы, обсуждают эмиграцию, мечтают о свободе и говорят о будущем без страха.

Может быть, когда-нибудь историки скажут: "Да, они хотели перепеть поколение — но не угадали с битом".