Невроз судьбы. Часть 2.

💓Чего не хватает в его(пациент Грюнберже) психической структуре?

Ответ прост - символического отца.

В психоанализе есть понятие «Закон отца». По сути - это закон, встраивающий границы и запреты в психику ребенка, таким образом он ограничивает хаос желаний. Это не про конкретного мужчину-родителя и не про власть в семье. Это про инстанцию, которая вводит субъекта в символический порядок - то есть в язык, культуру, закон и желание, которое нужно соизмерять с возможностями. Эти же рамки внедряют понятие иерархии в наше сознание.

У Фрейда, в «Тотеме и табу»: братья, изгнанные отцом, однажды объединились, убили и сожрали его. «Они ненавидели отца, но они и любили, и восхищались им. После того как они от него избавились… удовлетворив ненависть, в них проснулось вытесненное чувство. Мёртвый отец стал сильнее, чем при жизни». Так рождается вина. А из неё уже рождается закон. Поэтому пациент не освобождается от системы: убивая комиссию, он лишь сильнее связывает себя её запретом. Месть символическому Отцу оборачивается бесконечно мучительным подчинением ему же: в компульсивном повторении пациент Грюнберже обречен на собственный неуспех, чтобы доказать свою отдельность. Вот такой вот парадокс.