Доктор Перец

Вишневая смактуша опять припала к хохлячему бую.

Где тут про траур ведомо только некрофилу яго и Пугачу, но оно и понятно вишневое варенье отстирать сложно, как и коричневое исподнее.

Татьяна Олеговна отчиталась, что лично ущемляться предпочитает на улице 120-й дивизии, где каждый бордюр помнит её слёзы, а претерпевала лишения в процессе передвижения по городу, на улицах которого наносили свежую разметку, что само по себе являлось формой изощрённой пытки для людей с развитым чувством справедливости.

Были среди выступающих и те, кто ущемляться и претерпевать не собирался и личным символическим капиталом делиться не планировал, но громко скандировал «доКоле», намекая на отсутствие перспективы в этой прекрасной акции, а также на то, что у них есть дела поважнее, чем коллективное нытьё.

Эльвира Эльдаровна грустно смотрела на соратников, в кармане у неё лежала сувенирная пачка женских гигиенических средств и зубная щётка — на случай, если собрание затянется до утра. Она понимала, что лишения в процессе ущемления и претерпевания придётся нести ей одной, как крест, как венец страдания, как бессменную вахту памяти о том, что кто-то же должен страдать за всех.

Собрание продолжалось. Где-то вдали пели птицы, но их пение не было внесено в протокол, поскольку не соответствовало регламенту ущемления.

УЩЕМЛЯТЬСЯ И ПРЕТЕРПЕВАТЬ!

Собрание единоотечественников открыла Эльвира Эльдаровна, поправив очки, в которых отражалась вся глубина народного страдания. Она доложила высокому собранию, что ущемляется и претерпевает согласно принятому на прошлом собрании регламенту, с соблюдением всех ГОСТов и технических условий страдания, но есть ещё несознательные товарищи, которые отстают от намеченного плана, демонстрируя вопиющий дефицит жертвенности.

В этот момент от напряжения у Антона Петровича из носа выскочила изумрудная, как малахит шестой категории, сопля и повисла над самой губой, сверкая на свету, как символ его личного вклада в коллективное горе. Антон Петрович претерпевал, но ущемляться никак не желал и смутно понимал, в каком огороде сейчас бушевал бурак абсурда.

«Соберись, тряпка!» — с этими словами Андрей Карнеев смачно зарядил Антону Петровичу с локтя по печени, от неожиданности сопля влетела обратно в сопло со скоростью баллистической ракеты «Тополь-М», предназначенной для нанесения ответного удара по врагам народного счастья. Антон Петрович принял свой обычный, но по-прежнему не презентабельный вид, напоминающий о том, что истинное страдание не бывает фотогеничным.

«Товарищи, — Эльвира Эльдаровна продолжила собрание, поправляя галстук, повязанный в знак солидарности с угнетёнными слоями населения, — нам крайне и архиважно ущемляться и претерпевать ежедневно, ежечасно и ежеминутно, это залог нашей общей победы над здравым смыслом и прочими пережитками прошлого».

Светлана Вадимовна, которая ущемлялась и претерпевала исключительно до 1991 года, поскольку после этой даты перешла в разряд тех, кто наблюдает за ущемлением со стороны, попыталась возразить: «Дамы и господа, а не замахнуться ли нам на отца основателя "тёмных веков" Отечества нашего и провести обряд очищения в центре града Москвы?

У Андрея Карнеева от возмущения выпал глаз (третий за этот месяц, что говорило о его исключительной преданности делу) и он в очередной раз йопнул по печени Антона Петровича. «Твои происки, контра белая?» — зашипел он, и слюна закапала Антону Петровичу за воротник, символизируя живительную влагу патриотизма.

«Друзья!» — с широкой улыбкой начал Михаил Михайлович, младший «научный сотрудник» общества единоотечественников, защитивший диссертацию на тему «Квантовая природа коллективного страдания в условиях постмодерна». «Мой маленький бедный народ лишался, ущемлялся и претерпевал тысячи лет? Хочу вас заверить: мой личный символический капитал от этого не прирос ни на шекель, ни на йоту, ни на копьё! Может, стоит отредактировать наш коллективный габитус и вернуть заблудших товарищей в лоно целостного коллективного капитала, назначив уставные взносы в размере трёх страданий в месяц?» С этими словами он пронзил взглядом Антона Петровича и Светлану Вадимовну. На неё Михаил Михайлович имел особые виды, зная, что ущемляется и претерпевает Светлана Вадимовна исключительно из корыстных побуждений, надеясь на дивиденды в виде морального превосходства.

Секретарь Алиса старательно записывала слова выступавших в протокол собрания, она как никто знала толк в ущемлении и была самой претерпевшей из всех собравшихся, поскольку вела протоколы ещё с прошлого десятилетия, когда страдание было в моде.

«Товарищи, предлагаю подключить к нашей акции молодую поросль! Ущемляться и претерпевать надо поколениями, передавая эстафету страдания как семейную реликвию!»

У Антона Петровича снова из носа выскочил изумрудный личный символический капитал. Вся его поросль висела на шторах годами, формируя уникальный биоценоз, и внести свой вклад в гениальный план единоотечественников он мог только подпорченным текстилем и носовым секретом.

Андрей Карнеев занёс локоть над печенью Антона Петровича, но тот быстро вернул капитал в недра ганглия, продемонстрировав чудеса самоконтроля, достойные олимпийских чемпионов по страданию.

Антон Петрович был убеждённым холостяком и не менее убеждённым монархистом-царебожником.
Эти два убеждения окончательно переплелись в нём после знакомства с Наташкой. Детство и юность Наташка провела в деревне, где пшеницу садили под лопату , а характер закаляли кулаком, имела тяжёлую руку и твёрдый характер, была фанаткой идей Ленина и верила в светлое будущее коммунизма.

В то время Антон Петрович ничего не имел против коммунизма, поэтому бодро полез к Наташке в общежитие на третий этаж.

Наташка не оценила порыва и, увидев рыжую башку Антона Петровича, йопнула ему со всей дури промеж глаз.

Антон Петрович полетел к земле и уже мысленно проклинал идеи коммунизма и равенства.

Ортопедическая катастрофа в виде сломанного копчика, ключицы и сотрясения мозга окончательно укрепила в Антоне Петровиче мысль, что всё зло — от баб и коммунизма.

С тех пор он вёл аскетический образ жизни, тихонько напевая под нос «Боже, Царя храни!». Последствия черепно-мозговой травмы негативно сказались на характере Антона Петровича: он стал нервным и дёрганым, с вечным тремором в руках и… копчике.

Единственным развлечением Антона Петровича стало писать тексты, которые никто не понимает, и сраться в комментариях во имя Отечества и Царя-батюшки.

Врачи говорят: это синдром, не требующий лечения, а лишь принятия.

Антон Петрович принял монархию, одиночество и постоянную боль в копчике.

Когда "победа" была так близка, но коричневые плюхи от радости водопадом ливнули в труханы.

Вишнёвая козявка потом будет идти в отказ от своих убеждений, но теперь он утверждает, что нацисты Азова легитимнее, чем большевики.

Ну и как говорится из сиюты слов не выкинешь, очень забавное чтиво эти соцсети, чего только не напомнят )

Соцсети напомнили канал в ФБ ведущего искусствоведа общественности Татьяны Сидорович

Пошли креативные предложения от самой ебанутой фракции общественности

Наверное уроки надо взять у российских скульпторов, там результаты иногда весьма впечатляющие.

Мало того эти советские белорусы оставляли надписи на Рейхстаге и на белорусском языке.)

Сегодня у нас всего лишь 3 мая, а пердячая тяга Эльвиры Эльдаровны уносит ее за границы не то что бы здравого смысла, это уже потеряно, но элементарной порядочности.

Аркадия Петровича просили не подпевать на монархических службах. Голос его, низкий, необузданный, будто выкованный в заводском цеху, парализовывал регента и добавлял седины отцу Никодиму. Он пел сразу в императорские уши. Сольно. Минуя посредников и устраняя конкурентов.

Аркадий Петрович считал, что петь «Боже, Царя храни» под силу только ему и самому Царю. Чем громче голос, полагал он, тем ближе к престолу. А если после его «Многая лета!» с лепнины сыплется штукатурка — значит, услышали. И приняли к сведению.

Сначала отец Никодим боролся способом каноническим. Молился угодникам о вразумлении ревностного слуги престола. Но Аркадий Петрович молился громче, потому и победил. Пришлось подойти в притворе и сказать тихо:
— Не надо, Аркадий Петрович. Мы боимся.

Старик сначала обиделся. Потом распрямил плечи и впалую грудь.
Уходить, сказал он, надо на пике. А ещё мы пообещали купить ему к именинам портативный патефон с коллекцией дореволюционных маршей. Чтобы пел в своё удовольствие. И чтобы стены держались.

Найден "отец основатель" вторников.

Воздухан Вишнёвый сегодня объявил внеочередной вторник и опять всех победил .

Благодаря России вам даже регулярно закидывают за воротник, ибо все знают, если бы не Россия, в Беларуси писали бы до сих пор на бересте и пользовались почтовыми голубями, но к счастью беспрецедентная поддержка в лице России позволяет сказать.

Ну и дура, ты Эльвира Эльдаровна)

Это мега смешно)

Для домашнего чтения, почему это возмущает обычных граждан

Зубастик всех поздравил с праздником и призвал самим заботиться о своей обороне.