ㅤ🌟ρꪖᦔᠻꪮꪮꪻᦓ꠸ 🌟
ㅤ 💀#ꪑꫀꪑꪮ
☺️
📆 31 июня 1977 год.
☺️ 1 июля
Спальня в башне Гриффиндора никогда не славилась чистотой. Ни на первом курсе, ни на шестом. Особенно на шестом. Римус всегда пытался навести порядок – хотя Сириус искренне считал это занятие бесполезным, – в то время как Джеймс и Сириус этот порядок с устраняли. Негласная, но упорная битва, которую Люпин, как правило, проигрывал.
Но сегодня день был другим. Беззаботным, когда даже занудство Римуса не раздражало Блэка, а вечерний свет, просачиваясь сквозь окна, золотил беспорядок на полу. Вещи вывалились из стеллажей и тумбочек, сплошным ковром устилая дубовые доски: чья-то мантия соседствовала с конфетными фантиками, пергамент — с грязными носками. Кто-то лениво потягивал тыквенный сок, а на тумбочках стояли бутылки сливочного пива — добыча сегодняшнего утра, купленная тайком в Хогсмиде. О вылазке преподавателям знать не полагалось, иначе вместо спокойной ночи пришлось бы драить коридоры — Минерва ясно пригрозила отработками даже в последнюю ночь. Даже в последнюю ночь. Даже любимым ученикам.
— Дамблдор знает, что делает, — покачал головой Поттер. — Отец и мать не хотят меня слушать, поедут нас встречать. Я не понимаю зачем: что с нами может случиться? — Он сделал большой глоток сока, останавливая поток своего возмущения.
Римус, до этого пытавшийся запихнуть в сумку мантию, лишь хмыкнул, но промолчал. Снова все разговоры сводились к нынешним реалиям — война, хоть и далекая, упрямо лезла в каждый разговор.
— Дядя говорил, что даже каминная сеть небезопасна, — вклинился Сириус, не глядя кидая в чемодан очередную рубашку. Он собирал вещи последним — дно чемодана всё еще не планировало скрываться за вещами. — Он-то больше нашего понимал. Потому как мера безопасности... не знаю. — Блэк пожал плечами, давая понять, что слова взрослых его самого убеждают слабо.
— Да, но если что-то с ними случится? Если будет нападение, которого они так боятся, то…
— Никто не будет нападать в месте, где полно взрослых волшебников и детей аристократов, Джеймс, — заметил Люпин, подпинывая ногой комок носков, которые Блэк успел разбросать по всей комнате. Носки отлетели под кровать Сириуса.
— Эй! — лениво возмутился Блэк, даже не обернувшись. — Это мои любимые.
Питер, сидевший на полу, перевел взгляд с Римуса на Джеймса и обратно, словно ждал, кто из них прав. Услышав про аристократов, он заметно расслабился и снова принялся мять в пальцах этикетку от сливочного пива. Сириус даже ему завидовал: Питер вовремя собрал чемоданы в отличие от Блэка и Поттера.
Какое-то время ребята перешли к разговору о планах на будущее. Мало было осознания, что война будет масштабной и долгой. О ней же почти не говорили — ни вслух, ни в газетах. «Ежедневный пророк» нечасто освещал нападения, оставляя краткие выписки в углу страницы, словно речь шла о происшествиях где-то в другом мире. В Хогвартсе студенты только шептались по углам, чаще обычного отправляли письма и с нетерпением ждали ответа — совы теперь приходили реже. Профессора перед летними каникулами всё чаще напоминали, что нельзя гулять в одиночку.
Иллюзия безопасности.
Юношеские сердца, оторванные от остального мира толстыми стенами замка, ещё не верили, что война может коснуться их лично. Она была где-то далеко — за пределами Хогсмида, за горизонтом, почти несуществующая.
— А вы пойдете с нами в авроры, кстати? — Джеймс резко сел на кровати, переводя взгляд с Римуса на Питера и обратно. Глаза за очками загорелись азартом.
Римус посмотрел на него странно — скосил глаза и приподнял бровь, словно Джеймс спросил какую-то нелепость.
— Я оборотень, не забывай об этом, — напомнил он без эмоций. — Если и говорить о подвигах, то только в Орден Феникса я могу вступить.
