🌟ρꪖᦔᠻꪮꪮꪻᦓ꠸ 🌟
💀#ꪑꫀꪑꪮ
ᅠ
☺️
📆 1 июля 1977 год.
☺️ 2 июля
Великобритания в это лето решила порадовать своих жителей теплыми солнечными днями, сухой зеленой травой и объемными шапками деревьев. Экзамены сданы, Алый Поезд мчит на всех парах в Лондон, стуча колесами о рельсы, — спешит осуществить долгожданную встречу студентов и их родителей. Мантии убраны далеко в чемодан, брюки сменились шортами, а вместо белой рубашки с галстуком — рубашка-поло с заляпанным воротником: память о шалости, неудавшейся тремя неделями ранее.
В купе стояла духота, форточки были открыты настежь — кожаные сиденья обливались потом заодно с пассажирами. Оставалось только надеяться, что скоро студенты выберутся из этой жестяной банки на свежий воздух — желательно, живыми. Наконец это свершилось.
Крепко обхватив ручку потяжелевшего чемодана — интересно только, что туда Сириус успел напихать за столько времени, — и ступив на платформу Кинг-Кросс, он пытался разглядеть сквозь лес макушек знакомые лица. Джеймс, похоже, сразу увидел то, что они оба искали: издал радостный возглас и резко взмахнул рукой вверх. Компания друзей начала продвигаться через толпу — Сириус легонько пихал несносных детей в бока (или куда попадется), расчищая путь. Глазами он отыскал не только чету Поттеров, но и своих… родственников. Нет, с одним он часто пересекался в школе, но вот родители… Он не отводил взгляда, продолжая по инерции пробираться вперед. Мать тоже заметила его: взгляд ее сузился, подбородок гордо задрался. Какая обидчивая нынче женщина!
Успев только склонить голову в немом приветствии, он почувствовал: ноздри заполнились сладкими цветочными духами, а мягкие руки прижали к себе. Юфимия. Милая, добродушная женщина — как он её обожал!
Она обняла каждого, прижалась губами к щекам мальчишек, оставляя следы бежевой помады.
— Слава Мерлину, вы все доехали в здравии, — рука ее покоилась на груди Джеймса, чьи брови съехались к переносице, а очки сползли на кончик носа.
— Не надо было нас встречать… — голос его был наполнен волнением и недовольством. Сириус, на свое счастье, редко слышал такие интонации. Но и недовольство Джеймса можно было понять: сумраки сгущались, и, несмотря на теплую погоду, в сердцах уже появлялось знойное беспокойство. Студенты Хогвартса боялись возвращаться в родные дома — особенно полукровные и магглорожденные волшебники.
— Ну как же не надо! А если что случится, говорят…
— Юфимия, — Флимонт прервал жену, мягко положив руку ей на плечо. — Давайте поторапливаться.
Он кивнул в один из потаенных уголков платформы — насколько это вообще было возможно среди забитого пространства. Несколько рывков — и три раза трансгрессировали! Казалось, Сириус оставит на одной из остановок весь свой завтрак: неприятное скручивание всех органов — и наконец перед глазами явилось поместье Поттеров.
— Я думал, что не доживу, — Питер был совершенно зеленым, склонившись пополам и держась за желудок. Сириус никогда не был с ним настолько согласен, как в эту минуту.
🫥🫥🫥🫥🦀🦀🦀🦀🦀
И вечером, когда мгла легла на дом, а улицы погрузились в темноту, освещаемые лишь уличными фонарями, четверо парней лежали на мягкой, чуть влажной после мороси траве. Они пили сливочное пиво и громко смеялись.
Стояла звездная луна, и Питер с увлечением рассказывал о звездах, которые смотрели прямо на них. Сириус и так давно знал об этом — его родные были помешаны на созвездиях и видели в них особые знаки, — но слушал с интересом. У Питера был дар: он умел завлекать слушателя, особенно когда рассказывал с теми самыми горящими глазами. Сириус отметил это только сейчас, хотя дружили они уже не первый год.
Но даже слушая, он параллельно думал: куда потратить целых два месяца лета, чтобы оно запомнилось навсегда?
