«Некоторые мужчины запрещали своим партнерам делать аборты, препятствуя их доступу к абортам. Иногда это происходило, когда мужчины отказывали в деньгах на проведение аборта. Некоторые партнеры саботировали визиты в клинику для проведения аборта, заставляя респонденток поесть, чтобы им не смогли сделать общую анестезию, которая была необходима в их случае. Они могли заявляться в клинику и «крушить все подряд», чтобы женщина ушла с мужчиной, лишь бы он прекратил устраивать такую сцену. Они могли мешать женщине воспользоваться транспортом, в том числе отнимать проездные на автобус, чтобы она не смогла добраться в клинику для процедуры.

<...>

Среди женщин, которые хотели родить ребенка, некоторые рассказывали о давлении и принуждении к прерыванию беременности. Даже если мужчины отказывались от контрацепции для профилактики нежелательной беременности, в некоторых ситуациях они начинали требовать аборта, стоило женщине забеременеть. Некоторые мужчины угрожали физическим насилием над женщиной с целью прервать ее беременность.

<...>

Не все женщины делали то, что хотели от них их партнеры – некоторые делали аборты, когда их партнеры хотели, чтобы они сохранили ребенка; другие рожали детей, хотя их партнеры хотели, чтобы они сделали аборт. Эти акты сопротивления встречались гораздо реже, чем подчинение требованиям партнера, и в некоторых случаях это приводило к многократным абортам у женщины.

Одна женщина, чей партнер хотел, чтобы она рожала детей, отказывался использовать презервативы и не позволял ей пользоваться другой контрацепцией, сделала восемь абортов на момент интервью, во всех случаях это были беременности от этого партнера».

Смысл этого в том, что когда мы говорим о «доступе» к репродуктивному здоровью, как мы обычно его понимаем, то он не приведет к реальному доступу для всех женщин. Даже если мы сделаем контрацепцию, аборты и рождение детей доступными вариантами (а мы, безусловно, должны это сделать), нам предстоит еще очень многое сделать в этой области. Мы можем увеличить образование о контрацепции: как она работает, где ее достать – и это борьба, которая должна продолжаться. Однако это не поможет женщине, чей партнер выбрасывает ее противозачаточные таблетки, не дает ей сходить в клинику для инъекции Депо, достает гормональное кольцо из ее влагалища или снимает презерватив, когда она этого не видит. Если мы будем притворяться, что это не так, и что больше образования и недорогих клиник – это все, что нужно для решения проблемы нежелательной беременности, то мы сделаем наиболее уязвимых женщин еще уязвимее.

Возвращаясь к пресс-релизу об исследовании:

«Это исследование добавляет новые доказательства того, что насилие со стороны партнера часто включает репродуктивное принуждение и контроль, что может привести к незапланированной беременности, - говорит президент Фонда профилактики семейного насилия, Эста Солер. – Мы допускаем ошибку, когда игнорируем эти вопросы, и продвигаем решения, которые игнорируют подобную связь. Если мы серьезно намерены предотвратить нежелательную беременность в этой стране, то мы просто должны обратиться к сексуальному насилию и репродуктивному контролю, которые часто являются ее причиной. Если мы серьезно намерены остановить насилие на свиданиях и домашнее насилие, то мы должны признать, что многие жертвы ежедневно сталкиваются с сексуальным насилием и репродуктивным принуждением. И если мы серьезно намерены улучшить здоровье женщин, то мы должны бороться с насилием, которое испытывают слишком много молодых женщин».