Однако концепция индивидуального выбора и автономии скрывает неравноправные социальные отношения, в которых принимаются подобного рода решения. Доступ к коммерческим услугам репродуктивных индустрий зависит от покупательной способности глобальных средних и потребительских классов. Контрактные отношения между неравноправными партнерами скорее усиливают, а не помогают преодолевать проявления структурного неравенства. Чтобы противостоять обвинениям в эксплуатации суррогатных матерей, в Индии репродуктивные клиники пользуются понятием «информированного согласия»: врачи информируют суррогатных матерей и их мужей о предстоящей процедуре, так что они вольны выбирать, заключать или не заключать контракт.

Вместе с тем, принимая во внимание разницу в осведомленности и знаниях между врачом и суррогатной матерью, а также бедность последней, свобода выбора в данных обстоятельствах – понятие весьма абстрактное. И точно так же идея обретения контроля над своим собственным телом просто испаряется, когда ткани и клетки помещаются в рефрижераторы или донорские банки, вне досягаемости донора, не имеющего никакого контроля над этой ситуацией. И о каком контроле над своим телом можно говорить, когда у суррогатной матери случается выкидыш, или сексуальная работница становится жертвой насилия со стороны своего клиента? Не является ли свободный выбор всего лишь иллюзией, а свободное волеизъявление/самоопределение – не больше, чем фетишем современных капиталистических обществ?


Криста Вихтерих
Сексуальные и репродуктивные права