Полина Лиске - абсолютно финчеровская/хичкоковская актриса, под которую нужно писать психологические триллеры, скандинавские детективы и калифорнийские нуары.

С запредельной способностью моментально замерзать, как Эми Адамс, пугать, как Розамунда Пайк и расщеплять (в основном мужчин) одним взглядом, как Джессика Честейн.

У Полины приз «Кинотавра-2015», но я открыл ее для себя всего пару месяцев назад, когда отбирал «Мотыльков» для «Одной шестой».

А теперь увидел ее тур де форс во «Второй Тане», где она играет сразу двух героинь - одну из блокадного Ленинграда и другую из шоколадного Петербурга.

В первом фильме героиня замерзает, замыкается и рассыпается после столкновения с реальностью.

Во втором, наоборот, просыпается в момент конфликта.

Так вот, работа Полины такая сильная, что сбивает фокус восприятия фильма.

Сначала казалось, что «Вторая Таня» - это, подобно актерскому упражнению, тренировка эмпатии, попытка сопереживания прошлому из настоящего. Героиня занимается в театральной студии и получает задание оживить блокадный дневник другой женщины. Такое кино - с очень страшными и сильными сценами военного быта - своего рода прививка от романтического восприятия прошлого современным кино. И приглашение по-настоящему переосмыслить то, что у нас есть сегодня.

Но фокус (или сценарный, или актерский, или оба сразу) в том, что с настоящей Таней из современного Санкт-Петербурга происходит что-то страшное.

Если прошлое показано реалистично, то настоящее будто бы радикально обесценивается. Таню окружают карикатурно слабые мужчины; знакомство с родителями бойфренда выглядит, как нелепая комедия; другая студента театральной студии образцово фальшивит.

Поскольку в этот момент мы понимаем, что мир изображен таким, каким его видит Таня, то в мелодраматическом фильме возникает второе, зловещее дно.

Потому что «Вторую Таню» можно интерпретировать и как историю безумия. В лучшем случае - актерского. В худшем - очень специфического безумия человека, который настолько потерян и несчастлив в современности, что придумывает себе реконструкторскую обсессию. Причем увлекается самым трагическим и апокалиптическим сюжетом в истории своей страны - мировой войной.

И это, как вы понимаете, уже совсем другое кино.

#маяк2026