Post #588
60
This post (sticker, poll or similar) has no web preview. Open in Telegram
Channel Public Channel
𝙽 - Subscribers
- 42
- Photos
- 27
- Videos
- 4
- Links
- 14
Showing posts older than #629 · Back to latest
Older Posts 20 shown
Post #551
74
— Ускорьте, — приказала она. — До момента, когда мы вошли.
Охранник повиновался. На экране время побежало быстрее: 22:01, 22:03, 22:07... И вот в 22:11 дверь камеры открылась. Вошла Несса. За ней — Эван. Дальше запись шла в реальном времени: они осматривали тело, говорили, Несса опускалась на корточки. Потом Эван стучал в дверь. Потом приходил Делорм.
— Стоп, — сказала Несса.
Она наклонилась к экрану так близко, что её дыхание затуманило стекло. Эван подошёл ближе, встал за её плечом.
— Что там?
Несса указала палочкой на нижний угол кадра — на тень у стены, которую они не заметили при первом осмотре. Тень была размытой, почти неразличимой, но в ней угадывались очертания человеческой фигуры. Фигура стояла неподвижно у дальней стены камеры, там, где свет лампы не доставал.
— Он был здесь, — прошептала Несса. — Убийца. Он стоял в камере, когда мы вошли.
Эван резко выпрямился.
— Что? Но мы проверили...
— Мы проверили камеру глазами, — перебила Несса. — Но не чарами обнаружения. Мы были заняты телом. И убийца знал это. Он знал, что мы придём. Он ждал.
Делорм, стоявший у двери, побледнел ещё сильнее.
— Это невозможно, — выдавил он. — Камеры блока C герметичны. Никто не мог войти и выйти незамеченным.
〰️Несса обернулась к нему. В её глазах был холод, от которого даже Эвану стало не по себе.
— Невозможно, тогда как вы объясните, что ваш заключённый мёртв? — рявкнула она.
Её палочка метнулась к горлу Делорма быстрее, чем тот успел моргнуть. Кончик тёмного дерева замер в миллиметре от кадыка француза.
— Ваши герметичные стены, ваша хвалёная магическая защита и этот мальчишка за пультом! — Несса кивнула на охранника, который вжался в кресло так, что стал казаться ниже ростом. — Кто-то только что убил ключевого свидетеля британского аврората прямо под носом у французской охраны, а вы предлагаете мне обсудить архитектурные особенности тюрьмы?!
Делорм сглотнул, но не отвёл взгляда. Его лицо из бледного стало багровым.
— Мадам, опустите палочку. Если бы здесь был проход или брешь в чарах, кристаллы диспетчерской взвыли бы сиреной...
— Значит, он уже был внутри, когда периметр замкнулся! — Эван шагнул вперёд, вклиниваясь между Нессой и начальником смены. Он положил руку ей на предплечье, мягко, но настойчиво опуская её руку вниз. — Успокойся. Ты пугаешь парня, а нам сейчас нужен его холодный рассудок, а не трясущиеся руки.
Несса сбросила его ладонь, но убрала палочку. Она сделала глубокий вдох, и ледяная ярость в её глазах сменилась расчётливым холодом.
— Он не просто был внутри...— голос Нессы снова стал ровным, но тут же осеклась, кое-что заметив— Он всё ещё здесь.
Эван проследил за её взглядом. Она смотрела не на побагровевшего Делорма и не на позеленевшего от ужаса охранника у пульта. Она смотрела прямо в линзу магловского монитора, где застыло изображение пустой камеры. На тень.
— Вы двое, — Эван кивнул начальнику смены и молодому волшебнику. — Живо к дверям диспетчерской. Встаньте по обе стороны. Палочки на изготовку. Если кто-то попытается выйти или войти без моего прямого приказа — обездвиживайте.
Делорм дёрнулся было возразить, но наткнулся на взгляд Нессы и лишь коротко бросил парню:
— Делай, что велят.
Охранник выронил стилус, едва не опрокинув чашку во второй раз, и бросился к выходу. Делорм тяжело вздохнул, достал из кобуры служебную палочку из ясеня и встал с другой стороны проёма, загородив собой щель под дверью.
— Зачем ему оставаться? — тихо спросил Эван, когда они остались втроём перед мерцающими кристаллами. — Любой профессионал растворился бы в ту же секунду, как мы переступили порог камеры. Риск быть пойманным запредельный.
Несса усмехнулась — коротко, без тени веселья.
— Выйди и спроси у него, — сказала она, кивнув на дверь. — Может, он и представится. Заодно расскажет, зачем ему понадобилось сидеть в углу, пока мы топтались над трупом.
Эван бросил на неё хмурый взгляд, но промолчал. Он знал этот тон.
Охранник повиновался. На экране время побежало быстрее: 22:01, 22:03, 22:07... И вот в 22:11 дверь камеры открылась. Вошла Несса. За ней — Эван. Дальше запись шла в реальном времени: они осматривали тело, говорили, Несса опускалась на корточки. Потом Эван стучал в дверь. Потом приходил Делорм.
— Стоп, — сказала Несса.
Она наклонилась к экрану так близко, что её дыхание затуманило стекло. Эван подошёл ближе, встал за её плечом.
— Что там?
Несса указала палочкой на нижний угол кадра — на тень у стены, которую они не заметили при первом осмотре. Тень была размытой, почти неразличимой, но в ней угадывались очертания человеческой фигуры. Фигура стояла неподвижно у дальней стены камеры, там, где свет лампы не доставал.
— Он был здесь, — прошептала Несса. — Убийца. Он стоял в камере, когда мы вошли.
Эван резко выпрямился.
— Что? Но мы проверили...
— Мы проверили камеру глазами, — перебила Несса. — Но не чарами обнаружения. Мы были заняты телом. И убийца знал это. Он знал, что мы придём. Он ждал.
Делорм, стоявший у двери, побледнел ещё сильнее.
— Это невозможно, — выдавил он. — Камеры блока C герметичны. Никто не мог войти и выйти незамеченным.
〰️Несса обернулась к нему. В её глазах был холод, от которого даже Эвану стало не по себе.
— Невозможно, тогда как вы объясните, что ваш заключённый мёртв? — рявкнула она.
Её палочка метнулась к горлу Делорма быстрее, чем тот успел моргнуть. Кончик тёмного дерева замер в миллиметре от кадыка француза.
— Ваши герметичные стены, ваша хвалёная магическая защита и этот мальчишка за пультом! — Несса кивнула на охранника, который вжался в кресло так, что стал казаться ниже ростом. — Кто-то только что убил ключевого свидетеля британского аврората прямо под носом у французской охраны, а вы предлагаете мне обсудить архитектурные особенности тюрьмы?!
Делорм сглотнул, но не отвёл взгляда. Его лицо из бледного стало багровым.
— Мадам, опустите палочку. Если бы здесь был проход или брешь в чарах, кристаллы диспетчерской взвыли бы сиреной...
— Значит, он уже был внутри, когда периметр замкнулся! — Эван шагнул вперёд, вклиниваясь между Нессой и начальником смены. Он положил руку ей на предплечье, мягко, но настойчиво опуская её руку вниз. — Успокойся. Ты пугаешь парня, а нам сейчас нужен его холодный рассудок, а не трясущиеся руки.
Несса сбросила его ладонь, но убрала палочку. Она сделала глубокий вдох, и ледяная ярость в её глазах сменилась расчётливым холодом.
— Он не просто был внутри...— голос Нессы снова стал ровным, но тут же осеклась, кое-что заметив— Он всё ещё здесь.
Эван проследил за её взглядом. Она смотрела не на побагровевшего Делорма и не на позеленевшего от ужаса охранника у пульта. Она смотрела прямо в линзу магловского монитора, где застыло изображение пустой камеры. На тень.
— Вы двое, — Эван кивнул начальнику смены и молодому волшебнику. — Живо к дверям диспетчерской. Встаньте по обе стороны. Палочки на изготовку. Если кто-то попытается выйти или войти без моего прямого приказа — обездвиживайте.
Делорм дёрнулся было возразить, но наткнулся на взгляд Нессы и лишь коротко бросил парню:
— Делай, что велят.
Охранник выронил стилус, едва не опрокинув чашку во второй раз, и бросился к выходу. Делорм тяжело вздохнул, достал из кобуры служебную палочку из ясеня и встал с другой стороны проёма, загородив собой щель под дверью.
— Зачем ему оставаться? — тихо спросил Эван, когда они остались втроём перед мерцающими кристаллами. — Любой профессионал растворился бы в ту же секунду, как мы переступили порог камеры. Риск быть пойманным запредельный.
Несса усмехнулась — коротко, без тени веселья.
— Выйди и спроси у него, — сказала она, кивнув на дверь. — Может, он и представится. Заодно расскажет, зачем ему понадобилось сидеть в углу, пока мы топтались над трупом.
Эван бросил на неё хмурый взгляд, но промолчал. Он знал этот тон.
Так она говорила, когда злилась на себя больше, чем на кого-либо вокруг.
Post #550
58
🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍
😀😀🤩амера Морриса Эйбла
😀😀 была крошечной, но для
😀😀 зельевара это был не просто бетонный мешок. Стены были испещрены мелом: формулы ядов, схемы кристаллических решёток и странные символы, которые Несса видела только на древних гримуарах.
«Он жил здесь как в лаборатории», — подумала она, глядя на аккуратно разложенные травы и колбы с остатками зелий.
Он сидел на полу у стены, спина прямая, руки сложены на коленях так же ровно, как он всегда держал их при разговоре. На его шее проступали багровые полосы от пальцев убийцы.
— Как?.. — Прошептал Эван —Камеры под неусыпным наблюдением. Заклятие Фиделиус наложено лично Дамблдором. Даже аврор без разрешения сюда не телепортируется.
Несса подошла ближе. Она провела палочкой над телом, читая магические следы.
— Нет следов магии. Ни аппарирования, ни заклинаний. Только отпечатки рук на горле... И они человеческие. Кто-то задушил его голыми руками через все защитные чары тюрьмы.
Она опустилась на корточки рядом с телом, и холодный воздух камеры пробрал её до костей. «Это не просто убийство», — поняла Несса, рассматривая застывшее лицо Эйбла.
— Он умер в сознании. Она указала палочкой на веки зельевара. — Видишь? Глаза закатились вверх, а не закрылись от боли или страха. Кто-то заставил его смотреть.
Эван стоял у двери камеры, напряжённо вслушиваясь в шаги охраны снаружи.
— У нас мало времени. Если они найдут тело сейчас, мы будем первыми подозреваемыми.
Несса резко обернулась к нему:
— Позови начальника охраны. Прямо сейчас.— Она говорила тихо, но твёрдо. — Я хочу видеть записи камер за последние два часа. И я хочу знать, кто дежурит сегодня ночью.
Эван нахмурился, понимая риск.
— Ты хочешь оставить следы своего присутствия здесь?
— Нет, — отрезала она. — Я хочу найти того, кто уже оставил их сам. Тот, кто убил Эйбла, должен был стереть свои магические следы. Но он не мог стереть то, что увидели его глаза.
Эван сжал челюсть, но спорить не стал. Он шагнул к двери камеры и трижды ударил кулаком по металлической пластине — условный сигнал, который им дали на входе. Через минуту в коридоре послышались тяжёлые шаги, и в узком окошке двери показалось лицо начальника ночной смены — немолодого француза с седыми усами и шрамом через бровь.
— Quoi? — рявкнул он. — Я предупреждал: десять минут. Не больше.
Несса поднялась с корточек и шагнула к двери. Её лицо было спокойным, но голос звучал с той холодной чёткостью, которую Эван слышал только в самые опасные моменты.
— Ouvrez (Откройте), — сказала она на французском. — immédiatement (немедленно).
— С какой стати...
— Потому что заключённый Моррис Эйбл мёртв. Убит в собственной камере. И если вы не откроете дверь прямо сейчас, я лично прослежу, чтобы к утру ваше имя оказалось первым в отчёте французского ДММС, а ваша пенсия — под угрозой пересмотра.
Пауза длилась ровно три секунды. Потом замок щёлкнул, и дверь открылась.
Начальник охраны — его звали Делорм, как сообщила нашивка на груди, — вошёл в камеру и остановился, глядя на тело. Лицо его побледнело, потом пошло красными пятнами.
— Merde, — выдохнул он. — Как?.. Кто?..
— Именно это я и собираюсь выяснить, — сказала Несса. — Мне нужны записи с камер наблюдения за последние два часа. Все камеры: коридор, лестница, вход в блок. И список всех, кто входил или выходил из этого крыла после восьми вечера.
Делорм открыл рот, чтобы возразить, но Несса не дала ему вставить ни слова.
— Также мне нужно знать, кто дежурил сегодня ночью на воротах и в диспетчерской. И ещё — когда последний раз проверяли защитные чары на этом блоке.
— Мадам, это внутреннее дело тюрьмы...
— Это дело британского аврората, — отрезала Несса, и в её голосе прозвучала такая сталь, что Делорм инстинктивно выпрямился. — Эйбл был свидетелем по делу о серийных убийствах на территории Соединённого Королевства. Его смерть — это не просто убийство заключённого. Это уничтожение ключевого свидетеля. И если вы немедленно не предоставите мне доступ к записям, я буду вынуждена связаться с моим руководством и сообщить, что французская сторона препятствует расследованию.
Эван стоял у стены, скрестив руки. Он молчал, как и обещал, но его взгляд неотрывно следил за каждым движением Делорма. Француз колебался: на его лице боролись служебная гордость и страх перед международным скандалом. Страх победил.
— Хорошо, — сказал он наконец. — Идёмте в диспетчерскую. Но я иду с вами. И всё, что вы увидите, останется между нами до официального отчёта.
Несса кивнула.
— Разумеется.
Она бросила быстрый взгляд на Эвана. Он едва заметно кивнул в ответ.
Диспетчерская находилась в соседнем крыле — узкая комната с рядами мерцающих кристаллов на полках и старым магловским монитором, подключённым к магической системе наблюдения. За пультом сидел молодой волшебник в форме охраны, который при виде Делорма вскочил так резко, что едва не опрокинул чашку с кофе.
— Записи с камер блока C за последние два часа, — приказал Делорм. — Живо.
Молодой охранник коротко кивнул и сел за управление. Его пальцы забегали по панели, перебирая мерцающие кристаллы. Он вставил один из них в считывающее гнездо, пробормотал активирующее заклинание и уставился на экран магловского монитора.
Дисплей разделился на девять окон — сетка наблюдения за коридором, лестничным пролетом, входной решеткой блока C и общим залом для прогулок. Несса подошла ближе, её тень упала на клавиатуру.
— Двадцать ноль-ноль, — скомандовала она. — Ускоренная перемотка. Без звука.
Охранник сглотнул и повернул регулятор. Время внизу экрана замелькало: 20:05, 20:12, 20:34... По коридорам периодически проходили патрули — серые тени в форме ночной смены, задерживающиеся у дверей лишь на пару секунд согласно регламенту. В 20:47 мимо камеры лениво проплыл упитанный полосатый кот, явно принадлежавший кому-то из дежурных целителей. В 21:15 погасло несколько ламп в дальнем конце лестницы — стандартная экономия энергии в ночные часы.
В двадцать один час тридцать две минуты ничего не произошло.
В двадцать один сорок пять — тоже.
Несса остановила запись ровно на 22:00 — времени смерти, зафиксированном их палочками-детекторами до прибытия охраны.
— Промотайте внутренние камеры самой камеры Морриса, — велела Несса, и её голос впервые потерял часть своей стали, став опасно тихим. — За десять минут до того, как мы постучали.
Охранник послушно сменил кристалл. На экране появилась тесная комната два на три метра. Эйбл сидел на койке спиной к двери, сгорбившись над старым радиоприемником. В 21:55 он потянулся, выключил радио и лег лицом к стене. В 21:56 его плечи перестали подниматься — ровное дыхание спящего человека.
Запись продолжалась. Стены камеры оставались неподвижны. Свет от тусклой лампы под потолком не мигал.
В 22:00 тело заключенного внезапно дернулось, выгнулось неестественной дугой и обмякло. Голова безвольно свесилась с края койки.
Ни вспышки заклятия Авада Кедавра. Ни разреза от невидимого лезвия. Никакого зеленого или красного отблеска. Никаких следов проникновения через стену — древние камни тюрьмы поглощали любую аппарацию, оставляя после себя характерную рябь воздуха, которую камера уловила бы мгновенно.
— Невидимость?— предположил Эван — Мы же видели следы рук на шее после смерти, он не мог сам умереть.
Несса покачала головой, не отрывая взгляда от экрана.
— Нет. Невидимость оставляет тепловой след. Камера чувствительна к инфракрасному спектру — видишь, в углу мигает индикатор? Он бы сработал. Здесь ничего. Вообще ничего.
Она перемотала запись на минуту назад. Тело Эйбла лежало неподвижно. Потом — рывок. И снова тишина.
😀😀🤩амера Морриса Эйбла
😀😀 была крошечной, но для
😀😀 зельевара это был не просто бетонный мешок. Стены были испещрены мелом: формулы ядов, схемы кристаллических решёток и странные символы, которые Несса видела только на древних гримуарах.
«Он жил здесь как в лаборатории», — подумала она, глядя на аккуратно разложенные травы и колбы с остатками зелий.
Но теперь центр камеры занимал лишь один объект — тело самого Эйбла.
Он сидел на полу у стены, спина прямая, руки сложены на коленях так же ровно, как он всегда держал их при разговоре. На его шее проступали багровые полосы от пальцев убийцы.
— Как?.. — Прошептал Эван —Камеры под неусыпным наблюдением. Заклятие Фиделиус наложено лично Дамблдором. Даже аврор без разрешения сюда не телепортируется.
Несса подошла ближе. Она провела палочкой над телом, читая магические следы.
— Нет следов магии. Ни аппарирования, ни заклинаний. Только отпечатки рук на горле... И они человеческие. Кто-то задушил его голыми руками через все защитные чары тюрьмы.
Она опустилась на корточки рядом с телом, и холодный воздух камеры пробрал её до костей. «Это не просто убийство», — поняла Несса, рассматривая застывшее лицо Эйбла.
— Он умер в сознании. Она указала палочкой на веки зельевара. — Видишь? Глаза закатились вверх, а не закрылись от боли или страха. Кто-то заставил его смотреть.
Эван стоял у двери камеры, напряжённо вслушиваясь в шаги охраны снаружи.
— У нас мало времени. Если они найдут тело сейчас, мы будем первыми подозреваемыми.
Несса резко обернулась к нему:
— Позови начальника охраны. Прямо сейчас.— Она говорила тихо, но твёрдо. — Я хочу видеть записи камер за последние два часа. И я хочу знать, кто дежурит сегодня ночью.
Эван нахмурился, понимая риск.
— Ты хочешь оставить следы своего присутствия здесь?
— Нет, — отрезала она. — Я хочу найти того, кто уже оставил их сам. Тот, кто убил Эйбла, должен был стереть свои магические следы. Но он не мог стереть то, что увидели его глаза.
Эван сжал челюсть, но спорить не стал. Он шагнул к двери камеры и трижды ударил кулаком по металлической пластине — условный сигнал, который им дали на входе. Через минуту в коридоре послышались тяжёлые шаги, и в узком окошке двери показалось лицо начальника ночной смены — немолодого француза с седыми усами и шрамом через бровь.
— Quoi? — рявкнул он. — Я предупреждал: десять минут. Не больше.
Несса поднялась с корточек и шагнула к двери. Её лицо было спокойным, но голос звучал с той холодной чёткостью, которую Эван слышал только в самые опасные моменты.
— Ouvrez (Откройте), — сказала она на французском. — immédiatement (немедленно).
— С какой стати...
— Потому что заключённый Моррис Эйбл мёртв. Убит в собственной камере. И если вы не откроете дверь прямо сейчас, я лично прослежу, чтобы к утру ваше имя оказалось первым в отчёте французского ДММС, а ваша пенсия — под угрозой пересмотра.
Пауза длилась ровно три секунды. Потом замок щёлкнул, и дверь открылась.
Начальник охраны — его звали Делорм, как сообщила нашивка на груди, — вошёл в камеру и остановился, глядя на тело. Лицо его побледнело, потом пошло красными пятнами.
— Merde, — выдохнул он. — Как?.. Кто?..
— Именно это я и собираюсь выяснить, — сказала Несса. — Мне нужны записи с камер наблюдения за последние два часа. Все камеры: коридор, лестница, вход в блок. И список всех, кто входил или выходил из этого крыла после восьми вечера.
Делорм открыл рот, чтобы возразить, но Несса не дала ему вставить ни слова.
— Также мне нужно знать, кто дежурил сегодня ночью на воротах и в диспетчерской. И ещё — когда последний раз проверяли защитные чары на этом блоке.
— Мадам, это внутреннее дело тюрьмы...
— Это дело британского аврората, — отрезала Несса, и в её голосе прозвучала такая сталь, что Делорм инстинктивно выпрямился. — Эйбл был свидетелем по делу о серийных убийствах на территории Соединённого Королевства. Его смерть — это не просто убийство заключённого. Это уничтожение ключевого свидетеля. И если вы немедленно не предоставите мне доступ к записям, я буду вынуждена связаться с моим руководством и сообщить, что французская сторона препятствует расследованию.
Эван стоял у стены, скрестив руки. Он молчал, как и обещал, но его взгляд неотрывно следил за каждым движением Делорма. Француз колебался: на его лице боролись служебная гордость и страх перед международным скандалом. Страх победил.
— Хорошо, — сказал он наконец. — Идёмте в диспетчерскую. Но я иду с вами. И всё, что вы увидите, останется между нами до официального отчёта.
Несса кивнула.
— Разумеется.
Она бросила быстрый взгляд на Эвана. Он едва заметно кивнул в ответ.
Диспетчерская находилась в соседнем крыле — узкая комната с рядами мерцающих кристаллов на полках и старым магловским монитором, подключённым к магической системе наблюдения. За пультом сидел молодой волшебник в форме охраны, который при виде Делорма вскочил так резко, что едва не опрокинул чашку с кофе.
— Записи с камер блока C за последние два часа, — приказал Делорм. — Живо.
Молодой охранник коротко кивнул и сел за управление. Его пальцы забегали по панели, перебирая мерцающие кристаллы. Он вставил один из них в считывающее гнездо, пробормотал активирующее заклинание и уставился на экран магловского монитора.
Дисплей разделился на девять окон — сетка наблюдения за коридором, лестничным пролетом, входной решеткой блока C и общим залом для прогулок. Несса подошла ближе, её тень упала на клавиатуру.
— Двадцать ноль-ноль, — скомандовала она. — Ускоренная перемотка. Без звука.
Охранник сглотнул и повернул регулятор. Время внизу экрана замелькало: 20:05, 20:12, 20:34... По коридорам периодически проходили патрули — серые тени в форме ночной смены, задерживающиеся у дверей лишь на пару секунд согласно регламенту. В 20:47 мимо камеры лениво проплыл упитанный полосатый кот, явно принадлежавший кому-то из дежурных целителей. В 21:15 погасло несколько ламп в дальнем конце лестницы — стандартная экономия энергии в ночные часы.
В двадцать один час тридцать две минуты ничего не произошло.
В двадцать один сорок пять — тоже.
Несса остановила запись ровно на 22:00 — времени смерти, зафиксированном их палочками-детекторами до прибытия охраны.
— Промотайте внутренние камеры самой камеры Морриса, — велела Несса, и её голос впервые потерял часть своей стали, став опасно тихим. — За десять минут до того, как мы постучали.
Охранник послушно сменил кристалл. На экране появилась тесная комната два на три метра. Эйбл сидел на койке спиной к двери, сгорбившись над старым радиоприемником. В 21:55 он потянулся, выключил радио и лег лицом к стене. В 21:56 его плечи перестали подниматься — ровное дыхание спящего человека.
Запись продолжалась. Стены камеры оставались неподвижны. Свет от тусклой лампы под потолком не мигал.
В 22:00 тело заключенного внезапно дернулось, выгнулось неестественной дугой и обмякло. Голова безвольно свесилась с края койки.
Ни вспышки заклятия Авада Кедавра. Ни разреза от невидимого лезвия. Никакого зеленого или красного отблеска. Никаких следов проникновения через стену — древние камни тюрьмы поглощали любую аппарацию, оставляя после себя характерную рябь воздуха, которую камера уловила бы мгновенно.
— Невидимость?— предположил Эван — Мы же видели следы рук на шее после смерти, он не мог сам умереть.
Несса покачала головой, не отрывая взгляда от экрана.
— Нет. Невидимость оставляет тепловой след. Камера чувствительна к инфракрасному спектру — видишь, в углу мигает индикатор? Он бы сработал. Здесь ничего. Вообще ничего.
Она перемотала запись на минуту назад. Тело Эйбла лежало неподвижно. Потом — рывок. И снова тишина.
Post #549
40
𝐶ℎ𝑎𝑝𝑡𝑒𝑟 ⁴— «Немой свидетель»
🤩🤩🤩🤩
🤩🤩🤩🤩Луна над Нурменгардом
🤩🤩висела низко, словно тяжелая печать на темном небе. Крепость возвышалась из скал, ее каменные стены были испещрены следами времени и магии. 🤩🤩
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
— Здесь всегда так холодно? — прошептал Эван, вглядываясь в узкую щель между решетками ворот. Его дыхание превращалось в пар.
Несса не ответила сразу. Она стояла неподвижно, всматриваясь в силуэт башни, где содержался Эйбл. Ветер доносил запах сырости и металла.
«Я помню этот запах», — подумала она. Когда-то отец приводил её сюда, чтобы показать, как работает магическая тюрьма. Тогда это казалось ей просто экскурсией по истории. Теперь здесь хранились ответы, которые могли разрушить эту историю навсегда.
Ворота приоткрыла тень с палочкой. Несса предъявила поддельные документы, а Эван незаметно активировал артефакт для экстренной связи. Если что‑то пойдет не так, они смогут мгновенно трансгрессировать за пределы периметра.
Post #535
44
This post (sticker, poll or similar) has no web preview. Open in Telegram
Post #534
48
This post (sticker, poll or similar) has no web preview. Open in Telegram
Post #526
55
🤩🤩🤩🤩🤩
Лифт бесшумно скользил вверх, отсчитывая этажи светящимися цифрами. На табло загорелась шестерка, створки разошлись с тихим шипением. Коридор застеленного ковролином отеля пах древесиной и дорогим кофе из автоматов.
— Номер шестьсот двенадцать, — Несса провела ключ-картой по считывателю. Замок моргнул зеленым, но дверь не открылась. Она попробовала еще раз. Тот же результат.
Эван молча отодвинул её плечом. Он достал палочку, направил кончик на замочную скважину и едва слышно прошептал:
— Алохомора. Силенцио.
Последнее заклинание было лишним для магловского замка, но привычка глушить звук срабатывающих чар въелась в подкорку за годы работы в аврорате. Раздался сухой щелчок, и тяжелая дубовая панель медленно отошла внутрь.
Номер встретил их стерильной прохладой включенного на полную мощность кондиционера. Эван первым шагнул через порог, держа палочку на уровне глаз. Несса вошла следом, плотно прикрыла за собой дверь и наложила базовые чары отвлечения внимания на объектив единственной камеры наблюдения в углу коридора прямо над дверью. Теперь она будет транслировать пустую стену.
— Чисто, — бросил Риз, опуская палочку. Он быстро прошелся по номеру: заглянул в совмещенную ванную, провел рукой по карнизу тяжелых штор, проверил мини-бар. — Кроме нас никого. Камеру ты ослепила до нашего ухода.
Эван сел на кровать, пружины тихо скрипнули. Он положил палочку на прикроватную тумбочку.
— Итак, — сказал он, глядя, как Несса методично раскладывает на столе папку, фотографии и ключ-карту. — Когда ты собираешься идти к Эйблу?
Несса не ответила сразу. Она достала из сумки небольшой флакон с прозрачной жидкостью, отвинтила крышку и провела пальцем по горлышку, проверяя, не повреждены ли чары сохранности. Затем поставила его рядом с папкой и только тогда подняла глаза.
— Скоро, — сказала она. — Как только стемнеет. Нурменгард принимает посетителей по выходным дням, но у меня есть контакт в тюремной администрации, который согласился на неофициальную встречу после отбоя. Если всё пройдёт гладко, через два часа я буду говорить с Эйблом.
Эван медленно кивнул. Он смотрел, как она проверяет содержимое сумки — перо, блокнот, артефакт для экстренной связи, — и что-то в её движениях ему не нравилось. Слишком собранные. Слишком отточенные. Как будто она готовилась не к разговору, а к бою.
— Я иду с тобой, — сказал он.
Несса замерла. Флакон в её руке на секунду задержался над сумкой, потом опустился на место. Она обернулась.
— Нет.
— Это не вопрос, Уокер. — Эван встал, подошёл к ней, остановился на расстоянии шага. — Ты идёшь в магическую тюрьму. Ночью. К человеку, который двадцать лет варил яды для чистокровных семей. Ты правда думаешь, что я отпущу тебя туда одну?
Несса выпрямилась. Она была ниже его на полголовы, но умела смотреть так, что это не имело значения.
— Ты не отпускаешь меня. Я не спрашиваю разрешения. Это моя операция, и я не собираюсь тащить тебя в Нурменгард, где на входе проверяют палочки и снимают отпечатки. Если нас задержат, у тебя будут проблемы с лицензией аврората, а у меня — с Поттером. Мне не нужен балласт.
— Балласт, — повторил Эван. Голос остался ровным, но в глазах мелькнуло что-то острое. — Это ты сейчас так называешь человека, который вытащил тебя из переделки в Праге? Который прикрыл тебя перед Комиссией по этике, когда ты использовала непростительные в отношении информатора? Который...
— Я помню, что ты сделал, — перебила Несса. — И именно поэтому я не хочу, чтобы ты совался в это.
Она отвернулась, застёгивая сумку. Эван смотрел на её спину, на то, как напряжены её плечи, и вдруг понял.
Эван шагнул ближе. Достаточно близко, чтобы она почувствовала тепло его дыхания на затылке, но не коснулась.
— Тогда скажи мне правду, — тихо произнёс он. — Не официальную версию для отчёта. Зачем тебе на самом деле Эйбл?
Несса замерла. Её пальцы, только что застёгивавшие молнию сумки, остановились. На секунду в комнате стало слышно только гудение кондиционера и приглушённый шум лифта где-то в шахте.
— Ты знаешь зачем, — сказала она наконец. Голос прозвучал глуше, чем она рассчитывала. — Он варил яды. Один из них — тот, что убил Гарольда. Мне нужно понять, кто заказал формулу. Кто заплатил. И где сейчас находится тот, кто это сделал.
— И ты думаешь, что старик, отсидевший двадцать лет, просто возьмёт и выложит тебе всё при первой встрече? — Эван покачал головой. — Он потребует что-то взамен. Они всегда требуют. Что ты готова ему предложить, Несса? Свободу? Деньги? Или что-то, о чём я даже не догадываюсь?
Она обернулась. Теперь они стояли лицом к лицу, слишком близко для официального разговора, слишком далеко для чего-то другого.
— Я не знаю, — призналась она. — Я узнаю это, только когда окажусь там. Но если ты пойдёшь со мной, ты будешь молчать. Ты будешь стоять в стороне и смотреть. И если что-то пойдёт не так или он скажет что то лишнее — ты не вмешаешься. Ты просто уйдёшь и сделаешь вид, что никогда этого не слышал.
— Ты серьёзно?
— Абсолютно.
Эван долго смотрел на неё. В его взгляде боролись два человека: аврор, привыкший контролировать каждую переменную, и тот, кто слишком хорошо знал, что значит терять людей из-за собственной нерешительности.
— Ты боишься не за операцию, — сказал он наконец. — Ты боишься, что он скажет что-то при мне. Что-то лишнее.
Несса не ответила. И это молчание было красноречивее любых слов.
— Он тебя знает, — продолжил Эван, не сводя с неё глаз. — Он знает тебя лично. Поэтому ты и хочешь идти одна — чтобы контролировать, что именно я услышу. Не так ли?
Что-то дрогнуло в её лице. Едва заметно — уголок рта, линия брови, — но Эван знал эту женщину слишком хорошо, чтобы не заметить.
— Эйбл знал моего отца, — сказала она тихо. — Они работали вместе. До того, как его посадили. До того, как отец... исчез.
— Исчез, — повторил Эван, слегка поморщившись. — Ты всегда говорила «умер».
— Потому что так проще. — Несса отвернулась к окну, скрестив руки на груди. За стеклом уже зажглись первые огни вечернего города. — Официально — несчастный случай. Нестабильное зелье, взрыв в лаборатории. Тело не нашли. Никто не задавал вопросов, потому что все знали: Уокер-старший варил то, что варить
Эван медленно подошёл к ней. Несса не обернулась — смотрела в окно, на огни города, на своё отражение в тёмном стекле. Он встал рядом, так близко, что их плечи почти соприкасались.
— Послушай меня, — сказал он тихо. — Мне всё равно, что скажет этот старик.
Несса напряглась. Он видел это в отражении — как дёрнулась жилка на шее, как пальцы, скрещённые на груди, сжались сильнее.
— Ты не понимаешь, — начала она. — Если он скажет что-то про отца...
— Я понимаю, — перебил Эван. — Я понимаю больше, чем ты думаешь. — Он помолчал секунду, подбирая слова. — Ты боишься, что он скажет, будто твой отец был не тем, кем ты его считала. Что он варил не только зелья. Что он был не жертвой, а... — Эван остановился. — Я прав?
Несса медленно повернулась к нему. В её глазах блеснуло что-то опасное — смесь ярости и страха, которую она тщетно пыталась спрятать.
— Ты ничего не знаешь о моём отце, — произнесла она ровно, почти шёпотом.
— Не знаю, — согласился Эван. — И мне плевать, кем он был. — Он выдержал её взгляд. — Я иду туда не для того, чтобы судить твою семью. Мне не важно, что Эйбл расскажет про Уокера-старшего. Мне важно, что он расскажет про тебя. Про то, что он может потребовать взамен на информацию о яде.
Несса моргнула. Ярость в её глазах медленно уступала место чему-то другому — растерянности, почти детской.
— Ты серьёзно? — спросила она. — Ты готов услышать, что мой отец был убийцей? Что он заслужил то, что с ним случилось?
— Я готов услышать правду, — ответил Эван. — Какой бы она ни была. И я останусь. Что бы там ни было.
Он поднял руку и снова убрал прядь волос с её лица — тот же жест, что и раньше, но теперь он был медленнее, увереннее. Несса не отстранилась.
— Ты упрямый, — сказала она тихо.
— Ты тоже.
Post #525
39
𝐶ℎ𝑎𝑝𝑡𝑒𝑟 ³— «Прежде, чем сделать шаг»
🤩урбины пассажирского самолёта гудели ровно, убаюкивая редких магловских пассажиров. Эван Риз смотрел в иллюминатор на проплывающие внизу перламутровые облака над городом, машинально поглаживая пальцами палочку во внутреннем кармане пиджака. Напротив Несса Уокер методично листала тонкую папку с делом, время от времени делая пометки простым карандашом.
— Почему мы не трансгрессировали? — наконец спросил Эван, не отрывая взгляда от крыла самолёта. Его голос звучал чуть напряжённо: он всегда недолюбливал самолёты из-за невозможности контролировать пространство вокруг. — Мы бы уже через десять минут сидели у этого зельевара где-нибудь в камере.
Несса перевернула страницу и подняла на него глаза.
— Потому что я не хочу привлекать внимание французских властей, — ровно ответила она. — Ты же знаешь их манию всё протоколировать. Два мага появляются прямо из воздуха в жилом квартале — это мгновенный сигнал тревоги. Дежурный аврор, проверка документов, вопросы о цели визита… Пока они будут сверять наши палочки со своей базой конфиската, наш информант успеет трижды собрать вещи и сбежать. Так же я отправила служебную сову Гарри Поттеру двадцать минут назад.
Эван удивлённо приподнял бровь.
— Главе аврората? С каких пор ты согласовываешь свои выезды во Францию с
— Это не согласие, Эван. Это уведомление, — холодно поправила она. — Официальная командировка. Поиск информации по делу о серийных убийствах. Поскольку ниточка ведёт к французскому мастеру-зельевару, я обязана была поставить руководство в известность.
Она наклонилась ближе, и тени в салоне легли на её лицо резче.
— Поттер знает правила игры. Теперь официально мы находимся в пути по его прямому распоряжению. Если французский ДММС (Департамент международного магического сотрудничества) попытается задержать нас за незаконное пересечение границы или использование тёмномагических следов, им придётся иметь дело с международным скандалом и прямым запросом главы британского аврората. Поттер прикроет нас, пока мы будем работать на земле.
Она достала из внутреннего кармана потёртый ключ-карту доступа к архивам Отдела Тайн.
— Я изучила все записи за последние пять лет, — продолжила она тише. — Это вещество не имеет аналогов ни у одного известного производителя. Оно не оставляет следов в организме дольше суток. И оно идеально подходит для микродозирования через пищу или напитки. Кто-то специально создал идеальный яд для идеального убийства.
Самолёт слегка тряхнуло турбулентностью, и Эван крепче ухватился за подлокотник.
— А если он откажется говорить? Или скажет, что никогда такого не делал?
Уокер откинулась назад и посмотрила прямо перед собой.
— Эйбл знает всех, кто способен создать такое лезвие и такой яд одновременно. Если он действительно тот мастер, которым был раньше, он поймёт, что мы пришли не просто так. Ему выгоднее помочь нам найти поставщика, чем оказаться единственным подозреваемым в создании оружия для "Блэк Мамбы"
Post #524
40
Третья глава оказалась немного больше, чем я планировала, поэтому я решила разделить её на две части. Убийство и расследование смерти зельевара будут описаны в четвёртой главе, как и история одержимого убийцы. Мне ещё предстоит внести в них некоторые коррективы. А пока что я займусь оформлением третьей главы и, надеюсь, смогу выложить её уже сегодня.
Post #519
50
🤩🤩🤩🤩
Post #471
69
Мне становится страшно, глядя на то, как стремительно закрываются дневники один за другим. Даже самые успешные.
Post #448
95
This post (sticker, poll or similar) has no web preview. Open in Telegram
Post #446
68
This post (sticker, poll or similar) has no web preview. Open in Telegram
Post #416
74
🤩 не умею любить громко. У нас в семье любятмолча— и оттого это чувствуется острее.
🌟Первую палочку она получила в семь лет — старую, от отца. Он учил её простым невербальным заклинаниям, говоря: «Слова — для слабых, Несса. Настоящая магия живёт в тишине». Она запомнила это навсегда.
🌟Когда мать пытается заглянуть к Нессе в мысли за ужином, она начинает мысленно повторять рекламные джинглы сладостей «Берти Боттс». Миранда страдает от сахарного диабета и отступает через три секунды, брезгливо промокнув губы салфеткой.
🌟Отец не смог проводить девушку на первый год в Хогвартс — он исчез за два месяца до этого. Она до последнего оглядывалась на платформу, сама не зная, кого ищет.
🌟Они с матерью никогда не обсуждают работу Нессы. Миранда делает вид, что дочь работает в архиве, Несса делает вид, что так и есть.
🌟На годовщину исчезновения Эдриана Несса всегда берёт отгул. В этот день она идёт в старую семейную теплицу, садится на каменную скамью и просто сидит до темноты. Миранда знает об этом, но никогда не приходит туда в этот день.
🌟У Уолкеров была традиция: перед любым важным делом стучать три раза по косяку двери. Никто не помнил, откуда это пошло. Несса делает это до сих пор, мысленно, если рядом люди.
🌟Миранда не носит украшений, кроме одного кольца с чёрным камнем. Несса никогда не спрашивала, что это за камень. Однажды она увидела, как кольцо почернело ещё сильнее в день исчезновения отца.
🌟Миранда и Эдриан почти никогда не ссорились при Нессе. Они спорили шёпотом на кухне, думая, что дочь не слышит. Она слышала всё — но делала вид, что спит.
Post #400
76
🤩еня огорчает низкая активность в канале, поэтому я провожу глобальную чистку. Я пересматриваю список подписчиков и очищаю канал от неактивных пользователей.
🍎Подписчикам: написать любой текст в комментариях с личного аккаунта.
🍎Коннекты, от лица личного аккаунта:
• Напишите свое имя и фамилию;
• Пришлите ссылку на свой канал.
Цените приватность? Никаких проблем. Отправьте два сообщения: первое — как обычный подписчик, а второе — от лица дневника
🤩🤩🤩🤩
🍎Подписчикам: написать любой текст в комментариях с личного аккаунта.
🍎Коннекты, от лица личного аккаунта:
• Напишите свое имя и фамилию;
• Пришлите ссылку на свой канал.
Цените приватность? Никаких проблем. Отправьте два сообщения: первое — как обычный подписчик, а второе — от лица дневника
Пост будет висеть до третьего сентября, после чего я очищаю канал
Post #387
126
🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟
🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍
🤩🤩🤩ежду безумием и
🤩🤩 преступлением пролегает тонкаягрань, но именно она определяет, захлопнется ли за спиной стальная дверь камеры или откроется белая палата
❯̸⃟❯ ̸Сделайте репост этой записи к себе на канал;
❯̸⃟❯ ̸Подпишитесь на канал, чтобы не пропустить итоги;
❯̸⃟❯ ̸В комментариях оставьте ссылку на свой дневник напишите имя фигуранта дело, которого хотите разобрать.
❯̸⃟❯ ̸Статья. В чем обвиняют.
❯̸⃟❯ ̸Краткая суть. 2–3 предложения о том, что произошло.
❯̸⃟❯ ̸Диагноз. Официальное название болезни и ее описание
🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍
🤩🤩🤩ежду безумием и
🤩🤩 преступлением пролегает тонкая
𝑭𝒓𝒐𝒎 𝒚𝒐𝒖
❯̸⃟❯ ̸Сделайте репост этой записи к себе на канал;
❯̸⃟❯ ̸Подпишитесь на канал, чтобы не пропустить итоги;
❯̸⃟❯ ̸В комментариях оставьте ссылку на свой дневник напишите имя фигуранта дело, которого хотите разобрать.
𝑭𝒓𝒐𝒎 𝒎𝒆
❯̸⃟❯ ̸Статья. В чем обвиняют.
❯̸⃟❯ ̸Краткая суть. 2–3 предложения о том, что произошло.
❯̸⃟❯ ̸Диагноз. Официальное название болезни и ее описание
Результаты в архиве
Post #378
74
Эван снова надел очки и посмотрел на меня с тем выражением, которое я видела у него лишь в самые опасные моменты. Он не спорил, не предупреждал. Он просто протянул мне ключ-карту доступа к Отделу Тайн — старую, с потёртым магнитным слоем.
— Архив «Ингредиенты и их производные» займёт у тебя неделю, — сказал он. — Но есть один человек, который знает о веществах больше, чем все записи. Старый зельевар, отбывающий срок в Нурменгарде. Его зовут Моррис Эйбл. Он синтезировал яды для трёх чистокровных семей до того, как его сдали.
Я взяла ключ-карту и поднялась.
— Значит, завтра я лечу во Францию.
Эван усмехнулся, впервые за вечер.
— А я подготовлю документы для официального визита. Чтобы французы не подняли шум.
Я уже шла к двери, когда он окликнул меня:
— Уокер, если Эйбл подтвердит, что вещество — заказное, не пытайся выйти на поставщика в одиночку. Ты знаешь, чем это кончается.
Я обернулась и улыбнулась ему той улыбкой, которую он ненавидел.
— Эван, я всегда работаю в одиночку. Но в этот раз у меня есть ты.
— Архив «Ингредиенты и их производные» займёт у тебя неделю, — сказал он. — Но есть один человек, который знает о веществах больше, чем все записи. Старый зельевар, отбывающий срок в Нурменгарде. Его зовут Моррис Эйбл. Он синтезировал яды для трёх чистокровных семей до того, как его сдали.
Я взяла ключ-карту и поднялась.
— Значит, завтра я лечу во Францию.
Эван усмехнулся, впервые за вечер.
— А я подготовлю документы для официального визита. Чтобы французы не подняли шум.
Я уже шла к двери, когда он окликнул меня:
— Уокер, если Эйбл подтвердит, что вещество — заказное, не пытайся выйти на поставщика в одиночку. Ты знаешь, чем это кончается.
Я обернулась и улыбнулась ему той улыбкой, которую он ненавидел.
— Эван, я всегда работаю в одиночку. Но в этот раз у меня есть ты.
Post #376
67
𝐶ℎ𝑎𝑝𝑡𝑒𝑟 ² — «Звено»
🙃Он положил передо мной два
🙃 конверта. Один — стандартный,
🙃с грифом «Совершенно
🙃 секретно». Второй — тонкий,
🙃 без опознавательных знаков,
🙃 но я знала его вес. Это была
🙃 магловская информация.
🤩В досье Эшфилда было одно слабое звено — его бессонница.
За последние три месяца до смерти Уильям посещал колдомедика раз в неделю.
Диагноз: тяжёлая форма паранойи, вызванная постоянным ощущением слежки.
Но самое интересное скрывалось за этим диагнозом. В протоколах вскрытия, которые Эван достал для меня, были записи о микродозах неизвестного вещества в крови жертвы. Оно не попадало ни под один реестр запрещённых зелий или ядов.
Это был след.
🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍
— Уокер, — тихо произнёс Эван, глядя поверх очков. — Ты понимаешь, во что лезешь?
Я открыла чистый бланк отказа, лежавший рядом, и демонстративно порвала его пополам.
— Леонтьев прав только в одном, — сказала я, поднимая взгляд. — Министр требует результатов. А у нас есть всего одна зацепка. Если это вещество синтезировано искусственно… значит, у убийцы есть лаборатория. Или поставщик.
Я взяла второй конверт. Внутри лежали фотографии и отчёты с камер видеонаблюдения магловского Лондона. На них ничего не было видно. Только тени и пустые улицы. Но дата совпадала с датой убийства.
— Мне нужен доступ к архивам Отдела Тайн, — произнесла я вслух. — К тем записям, где хранятся данные по всем известным зельям и веществам. Нужно понять, что это за яд и кто мог им торговать.
Эван кивнул, пряча улыбку. Его работа заключалась не в том, чтобы говорить «нет». Я положила конверт с фотографиями на край стола. Эван уже знал, что я не отступлю.
— Ты же понимаешь, — продолжил он, снимая очки и протирая их краем манжеты, — что «Блэк Мамба» работает по заказу? И если мы найдём поставщика этого вещества...мы можем потревожить тех, кто заказал убийство Эшфилда.
Я замерла, глядя на него поверх папки. Эван никогда не говорил так прямо.
— Ты хочешь сказать, что Эшфилд был убит не просто как чиновник? — я сделала паузу и добавила: «А за то, что он знал?»
Эван устало покачал головой.
— Не могу утверждать точно, — он сделал паузу и поправил очки. — Но как вариант... вполне возможно. Эшфилд провёл реформу Азкабана, которая не просто сократила побеги до нуля за пять лет. Он фактически перекрыл кислород остаткам сторонников Волан-де-Морта. И нажил себе смертельных врагов среди тех, кто всё ещё на свободе.
Я подалась вперёд:
— То есть его могли убрать те, кому реформа мешала?
Эван кивнул.
— Именно так. Если мы найдём поставщика этого вещества или лабораторию, где оно синтезировано, это может вывести нас не только на продавца, но и на заказчиков.
Он замолчал, глядя в окно, за которым мерцал магловский Лондон.
— А если мы выйдем на заказчиков... тогда мы поймём, как они вышли на убийцу с такой квалификацией. Кто мог порекомендовать им такого исполнителя? Кто знал о нём раньше всех остальных?
Я откинулась на спинку стула, обдумывая его слова. Квалифицированный убийца, работающий по заказу, не берётся из ниоткуда. Его кто-то находит, кто-то рекомендует, кто-то поручается за него перед заказчиком. Это означало, что между «Блэк Мамбой» и теми, кто хотел смерти Эшфилда, существовало звено — человек, знавший обоих.
— Это звено и есть наша цель, — сказала я, закрывая папку. — Не сам убийца, не заказчик. Тот, кто их соединил.
🙃Он положил передо мной два
🙃 конверта. Один — стандартный,
🙃с грифом «Совершенно
🙃 секретно». Второй — тонкий,
🙃 без опознавательных знаков,
🙃 но я знала его вес. Это была
🙃 магловская информация.
🤩В досье Эшфилда было одно слабое звено — его бессонница.
За последние три месяца до смерти Уильям посещал колдомедика раз в неделю.
Диагноз: тяжёлая форма паранойи, вызванная постоянным ощущением слежки.
Но самое интересное скрывалось за этим диагнозом. В протоколах вскрытия, которые Эван достал для меня, были записи о микродозах неизвестного вещества в крови жертвы. Оно не попадало ни под один реестр запрещённых зелий или ядов.
🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍
— Уокер, — тихо произнёс Эван, глядя поверх очков. — Ты понимаешь, во что лезешь?
Я открыла чистый бланк отказа, лежавший рядом, и демонстративно порвала его пополам.
— Леонтьев прав только в одном, — сказала я, поднимая взгляд. — Министр требует результатов. А у нас есть всего одна зацепка. Если это вещество синтезировано искусственно… значит, у убийцы есть лаборатория. Или поставщик.
Я взяла второй конверт. Внутри лежали фотографии и отчёты с камер видеонаблюдения магловского Лондона. На них ничего не было видно. Только тени и пустые улицы. Но дата совпадала с датой убийства.
— Мне нужен доступ к архивам Отдела Тайн, — произнесла я вслух. — К тем записям, где хранятся данные по всем известным зельям и веществам. Нужно понять, что это за яд и кто мог им торговать.
Эван кивнул, пряча улыбку. Его работа заключалась не в том, чтобы говорить «нет». Я положила конверт с фотографиями на край стола. Эван уже знал, что я не отступлю.
— Ты же понимаешь, — продолжил он, снимая очки и протирая их краем манжеты, — что «Блэк Мамба» работает по заказу? И если мы найдём поставщика этого вещества...мы можем потревожить тех, кто заказал убийство Эшфилда.
Я замерла, глядя на него поверх папки. Эван никогда не говорил так прямо.
— Ты хочешь сказать, что Эшфилд был убит не просто как чиновник? — я сделала паузу и добавила: «А за то, что он знал?»
Эван устало покачал головой.
— Не могу утверждать точно, — он сделал паузу и поправил очки. — Но как вариант... вполне возможно. Эшфилд провёл реформу Азкабана, которая не просто сократила побеги до нуля за пять лет. Он фактически перекрыл кислород остаткам сторонников Волан-де-Морта. И нажил себе смертельных врагов среди тех, кто всё ещё на свободе.
Я подалась вперёд:
— То есть его могли убрать те, кому реформа мешала?
Эван кивнул.
— Именно так. Если мы найдём поставщика этого вещества или лабораторию, где оно синтезировано, это может вывести нас не только на продавца, но и на заказчиков.
Он замолчал, глядя в окно, за которым мерцал магловский Лондон.
— А если мы выйдем на заказчиков... тогда мы поймём, как они вышли на убийцу с такой квалификацией. Кто мог порекомендовать им такого исполнителя? Кто знал о нём раньше всех остальных?
Я откинулась на спинку стула, обдумывая его слова. Квалифицированный убийца, работающий по заказу, не берётся из ниоткуда. Его кто-то находит, кто-то рекомендует, кто-то поручается за него перед заказчиком. Это означало, что между «Блэк Мамбой» и теми, кто хотел смерти Эшфилда, существовало звено — человек, знавший обоих.
— Это звено и есть наша цель, — сказала я, закрывая папку. — Не сам убийца, не заказчик. Тот, кто их соединил.
Post #359
109
🤩🤩🤩🤩🤩
𝐻𝐴𝑅𝑅𝑌 𝑃𝑂𝑇𝑇𝐸𝑅
🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍
🔤𝑜𝑢'𝑟𝑒 𝑛𝑜𝑡 𝑎
𝑌𝑜𝑢'𝑟𝑒 𝑎 𝑔𝑜𝑜𝑑 𝑚𝑎𝑛 𝑤ℎ𝑜'𝑠 ℎ𝑎𝑑 𝑎 𝑙𝑜𝑡 𝑜𝑓 𝑏𝑎𝑑 𝑡ℎ𝑖𝑛𝑔𝑠 ℎ𝑎𝑝𝑝𝑒𝑛 𝑡𝑜 ℎ𝑖𝑚.
Post #345
117
🔤 𝐴𝑅𝑌𝐴 𝐻𝑈𝐺𝐻𝐸𝑆
⭐️⭐️ 🙃💫 архивах Отдела Тайн
⭐️⭐️ 🙃Министерства магии хранится непреложное правило, написанное когда-то на полях «Истории Хогвартса» давно уволившимсяневыразимцем: «Любой артефакт старше трехсот лет начинает помнить вкус крови своих владельцев и рано или поздно потребует добавки».
⭐️⭐️ 🙃💫 архивах Отдела Тайн
⭐️⭐️ 🙃Министерства магии хранится непреложное правило, написанное когда-то на полях «Истории Хогвартса» давно уволившимся
— Ты опоздала на двенадцать минут, — произнесла Несса, когда Арья наконец рухнула на стул напротив. Она даже не подняла глаз от своего мороженого.
— Время — понятие относительное, особенно когда пытаешься увернуться от бладжера в грозу, — парировала Арья, пытаясь стряхнуть с плеч капли дождя. Она жестом подозвала официантку, игнорируя тяжелый взгляд аврора. — Двойной шоколадный мусс. И воды.
Несса медленно подняла взгляд от своего мороженого. Серые глаза аврора, обычно излучающие безразличие, сейчас казались двумя осколками льда.
Арья неловко поерзала на стуле, её голос дрогнул, пытаясь сохранить небрежную интонацию:
— Я просто проходила мимо! Хотела срезать путь через стадион к совятне, чтобы отправить письмо братьям. А они там как раз начали разминку... Этот Монтегю вообще не смотрит, куда бьет!
Несса тяжело вздохнула, и в этом звуке не было раздражения — только бесконечная, вселенская усталость человека, который слишком долго работает с неисправимыми лгунами.
— ... Или работала с тёмным артефактом, который может взорвать всю школу? — закончила Несса за неё.
— Откуда... — голос всё-таки сорвался, и она начала заново, тише — Откуда вы знаете про артефакт?
Несса закрыла глаза. Когда она снова их открыла, ледяное безразличие сменилось чем-то более тяжелым — профессиональным цинизмом человека, который видел слишком много испорченных детских судеб.
— Потому что сигнатуру этого «сюрприза» поймали в Аврорате сорок минут назад, Арья.
— Послушай меня очень внимательно, Арья. У тебя есть ровно десять секунд, пока я не отправила патронуса в Министерство. Я сейчас встану. Пойду в дамскую комнату. Пока меня нет, ты должна встать и пойти к выходу. На улице, третьей урне слева от фонтана, лежит старый номер «Вестника». Под ним будет лежать бархатный мешочек. Оставишь всё там. Не пытайся аппарировать с этим внутри кафе — антиаппарационный барьер сожжет тебе волшебную руку до плеча. Как только мешок коснется дна урны, можешь бежать куда глаза глядят. Хоть обратно под ливень на свой квиддич.
Глаза Арьи расширились от удивления.
— Вы... вы просто отпустите меня? Без допроса? Без суда?
— Это не благотворительность, девочка, — холодно отрезала Несса, возвращаясь к своему тающему мороженому. Она демонстративно зачерпнула ложечкой кусочек пломбира. — Это сделка. Ты отдаешь мне игрушку прямо сейчас, и мы забываем этот вечер. Официально я тебя сегодня вообще не видела.
Не говоря более ни слова, следователь поднялась, отчего ножка стула скрипнула по плитке пола. Она поправила воротник идеально сухой мантии, бросила на стол несколько монет за заказ обоих и ушла, оставив за собой едва уловимый запах озона и горького миндаля. Дождь снаружи забарабанил по стеклу с новой силой.