FXRB и FXRU

Эту ситуацию, коснувшуюся множества частных инвесторов в России, я уже описывал, но не лишним будет еще раз напомнить, тем более, что сейчас у вас должно сложиться более четкое понимание произошедшего.

Схема работы фонда FXRU следующая:

1. Инвестор покупает паи фонда за рубли.

2. Фонд продает рубли и получает доллары.

3. На доллары покупаются еврооблигации.

4. По облигациям фонд получает доход в долларах.

5. Полученные доллары фонд обменивает на рубли.

6. Рубли выплачиваются инвесторам.

⚠️ Для инвестора доход по облигациям не является фиксированным. Смотрите на пункты 2 и 5 – если курс валюты изменится, это повлияет на финансовый результат.

Поэтому FinEx запустили фонд FXRB, где валютный риск хеджируется.
На втором этапе, вместо простого обмена рублей на доллары, заключался своп-контракт. Фактически, пункты 2 и 5 объединялись в одну сделку. Пункт 5 обеспечивался форвардным контрактом по фиксированной цене, и, к сожалению, также фиксировалась и дата сделки.

Экономический смысл такой комбинации от меня до сих пор ускользает. Ну, если вам так нужна фиксированная рублевая доходность, почему не купить рублевые облигации? Зачем городить эту схему со свопами?

Единственное объяснение, которое мне приходило в голову – это законодательные ограничения для инвестиций в рублевые облигации для ирландских фондов…

В марте подошел срок очередного форвардного контракта, и фонд должен был продать банку доллары по страйк-цене (допустим 75 рублей).

Где фонду взять доллары?

1. Если есть рубли, можно купить доллары на рынке.

2. Заключить новый своп-контракт, фактически перенеся дату окончательного расчета.

3. Продать еврооблигации за доллары.

Пункт 1 в марте не работал, так как были введены ограничения для валютных операций резидентов с нерезидентами. Да и пришлось бы покупать доллары по курсу 120 и выше.

Пункт 2 был основным до спецоперации. Своп-контракты просто перезаключались на новых условиях, и фонд выплачивал только разницу между страйк-ценами.

Например, старый контракт был по 75 рублей, новый по 76. Фонд должен доплатить банку только 1 рубль разницы.

Но риски работы с фондом для банков оказались слишком высоки, поэтому перезаключать свопы никто не стал, а это означало, что фонду пришлось выплатить всю сумму в долларах, когда подошел срок экспирации форвардной части свопа.

Остался единственный вариант 3. Но биржи закрыты, продать еврооблигации нельзя. Только внебиржевой рынок, который никем не регулируется и основан на переговорах с контрагентами.

Ну, а дальше реализовался сценарий, которого недавно так боялись британские пенсионные фонды.
Финекс предлагает инвестбанкам облигации с дисконтом 20% - никто не берет. Предлагает с дисконтом 50% - никто не берет. 70% - та же история… Фактический дисконт по еврооблигациям на внебиржевом рынке, пока российские биржи были закрыты, достигал 80-95%. То есть за облигацию стоимостью 1000 долларов FXRB смог выручить лишь 100 долларов. И тут же отдать эти доллары банку по форвардному контракту, получив за них рубли. И рубли фонд получил не по рыночному курсу, а по страйк-цене.

📊 Если предположить, что страйк-цена была примерно такой же, как курс доллара до спецоперации (пусть 75 рублей), то вырисовывается следующая картина.

По своп-контракту фонд обязан продать 1 000 долларов по цене 75 рублей. У фонда есть 5 облигаций стоимость 1000 долларов каждая (стоимость активов = 5*1000*120 = 600 тыс. руб.).

Фонд продает облигации и получает 500 долларов за них. Отдает их по своп-контракту и получает 37 500 рублей. При этом фонд остается должен банку еще 500 долларов.

На полученные рубли Финекс покупает доллары на бирже по цене 120. Его активов (37 500) хватает еще на 300 долларов, которые также уходят банку по своп-контракту.

После этого, фонд остается должен банку еще 200 долларов. Активы фонда уже полностью распроданы, поэтому приходится запустить руку в соседний фонд FXRU. В фонде FXRU тоже еврооблигации, и их тоже можно продать только с серьезным дисконтом.

Итог: в фонде FXRB активов не остается вообще, фонд FXRU теряет из-за хеджирования 25% своих активов.