Новый мета-рейтинг пиарщиков, что поднял со дна немало мути пяр-индустрии, юную банду «Роспиара» совсем не взбудоражил. Поколение майнкрафта, похоже, от пузомерок уже имеет прививку.

Громче всех, по традиции, разбухтелся пиар-стратег и ветеран журналистики Мотя. «Если рейтинги пиар-агентств в лучшем случае решали задачу организации закупок под конкретного исполнителя, то какую задачу могут решить новые рейтинги пиарщиков, кроме примитивного массажа в эрогенных зонах тщеславия? Понятно с агентствами: поди выиграй открытый тендер с адекватной ценой, а вот если написать в условиях, дескать, участники из топ-5 авторитетного рейтинга, то вполне. Но тут-то дело иное! Запомните, если пиарщик зачастил по форумам, значит, у него мало работы. Или ищет новую. Или ударился в инфоцыганщину. И телеграм-канал себе завел. Именной! И строчит туда как в былые годы Василий Головачев! А если жнёт по всей стране статуэтки с фестивалей, значит отмывает миллионы, вбуханные в агентства. Многие контракты, по давней традиции, уже включают в себя сумму на номинацию», - просвещал он молодёжь…

Но Соню Драпук, дерзкую и впечатлительную юную пиарщицу, не покидало другое яркое воспоминание уходящей недели. Воркшоп по проектированию репутационных образов, что провёл для них старый знакомый Моти по темным делишкам в нефтянке - Иммануил Владимирович Рофисов. О нем говаривали, что в юности был большой мистик и повеса, работал с самим Абрамовичем, а последние годы посвятил философии, замелькал на телевидении, запустил частный винный клуб и лишь временами летал передохнуть от московской энтропии на свою дачу под Ниццей. Или Калининградом. Иммануил Владимирович был задумчив и представился как основатель Центра деконструкции дискурсов «Плацдарм».

Когда речь зашла об информационной открытости, завязалась острая дискуссия. Роспиаровцы, даром что молодёжь, заявили, что это один из ключевых факторов репутации сегодня. Кто закрыт, тому нет веры! Но Рофисов поставил всех в тупик вопросом, открытость - это конечный атрибут образа или целевое свойство оптики, через которое этот образ должен восприниматься?

«Если сделать стены своей организации прозрачными, то что увидят люди за вашим прозрачным стеклом? И как это повлияет на репутацию?», - коварно спросил он.

Тогда он показал небольшую запись, где президент нефтяной British Petroleum Тони Хейворт в самый разгар катастрофы в Мексиканском заливе, когда в морские воды из скважины BP вылилось почти 5 тысяч тонн нефти, играл в ту самую открытость. И в эмпатию.

Тони в скором времени «ушли» его большие боссы. За ту самую открытость, как рассказал Рофисов. Вернее, даже не за неё. А за то, что эта открытость обнажила. Да, Хейворт умело ручкался с Обамой, много говорил об исправлении ошибок, не скрывал чувств… Но его открытость в момент кризиса сыграла с ним дурную шутку. Ни Тони, ни его команда не знали тогда, что делать. И потому в каждом выступлении сквозила пустота его печальной немощи. Экспертное сообщество, а вслед за ним и пресса в скором времени заклеймили это как lack of true leadership и подтолкнули акционеров сбросить Тони «за борт».

..И Соня которую ночь не могла понять: растущая её тревожность от того, что все ещё переваривает задачу, как управлять прозрачностью стен для построения образа, или просто от мистического флера загадочного гедониста-философа Иммануила Владимировича… Не спалось - и точка!