#журналистское #левое

Возможно, вы заметили, что в описании этого канала говорится, что его ведет пролетарий петербургской журналистики. Вероятно, вы не обращали на это внимания, или решили, что это просто шутка. Я тоже так думал, но теперь понял, что в этом куда меньше самоиронии, чем мне казалось раньше…

Обо всем по порядку. Последние недели медиа-сообщество наблюдает за спорами вокруг очень престижной премии “Редколлегия”. Если пропустили: издание “Проект” получило эту премию, но отказалось от нее. Там заявили, что в жюри есть топ-менеджер из “Коммерсанта”, который в “Проекте” полагают оружием пропаганды, следовательно и премию получать зашквар.

Тут, было, разгорелся срач между сильными мира сего о допустимости работы в рамках системы. Но в него ворвался журналист Андрей Серафимов. Он напомнил — пока тяжеловесы бросаются друг в друга “статуэтками” в русскоязычном сегменте есть куча маленьких медиа, которые мечтают чтобы их работу просто заметили.

Разумеется, все это бесконечно обсуждают — журналистам дай только пообсуждать. Я не исключение, поэтому тоже с упоением погрузился в это занятие. Как-то, защищая позицию Серафимова, я обмолвился, что мне, как журналистскому пролетарию, действительно все равно, кто там в “Проекте” поругался с “Коммерсантом”. В ответ мне было сказано: какой я, мол, пролетарий. Маркс назвал бы меня мелким буржуа. Да и скажи, мол, кто присваивает создаваемую тобой прибавочную стоимость.

Только столкнувшись со столь жестко поставленным вопросом я смог цельно сформулировать для себя, что значит быть журналистским пролетариатом и почему я к нему отношусь.

Ну, во-первых, Маркс тут почти не при чем. “Пролетаризация труда” — вполне устоявшийся термин в социологии профессий. Ученые давно пишут о пролетаризации труда врачей, адвокатов. Есть даже статья о формировании аристократии и пролетариата в академическом мире пост-перестроечной Эстонии.

Разумеется, это некоторая метафора. Никто не говорит, что современные журналисты живут как рабочие XIX века. Но большинство сотрудников СМИ также живут с продажи своего труда и отчуждены от его плодов.

Конечно, есть несколько звезд, с огромными telegram-каналы, они же чаще всего получают “Редколлегию” (ну или ордена). Но 99% — нет. 99% работают ежедневно создают трафик новостями и “незаметными” текстами, пока звезды готовят шедевры. Когда 99% остаются без этой работы, у них нет ничего, что позволит им найти новое место быстрее. Хотя возможно, за свою жизнь они собрали больше трафика чем Дудь (если перевести в просмотры/час).

Кто-то из них мог бы даже делать такие же крутые расследования и документалки, кто-то нет. Но мы этого не узнаем, потому что нынешняя система не позволит им подняться выше. Заслуживают они того или нет. На их лучшие тексты не обратит внимание “Редколлегия”, а на худшие незачем и обращать.

И этот печальный факт не изменит ни “победа” в споре вокруг “Редколлегии” “Проекта”, ни “победа” "Коммерсанта". Нас, 99%, любой из этих исходов коснется мало.