Им нравится узнавать, что, скажем, собака покусала человека, потому что собаки именно так и поступают. Но о том, что человек покусал собаку, людям не хочется знать, потому что так в этом мире случаться не должно. Короче говоря, людям кажется, что им нужны новости, но на самом деле они жаждут страстей…
Эти слова можно найти в одной из лучших книг о журналистике. Это не учебник, не сборник статей или эссе. Написал эти строки не легендарный редактор или известный расследователь. Просто корреспондент региональных изданий, о которых никто толком не слышал: Bucks Free Press, Western Daily Press, Bath Chronicle.
А еще это легендарный английский писатель, сэр Терри Пратчетт. До того как стать одним из самых издаваемых авторов Великобритании, рыцарем и лауреатом многочисленных премий Пратчетт 15 лет отпахал в региональной британской прессе.
Свой опыт он обобщил в "Правде". За незатейливым пародийно-фэнтезийным сюжетом в тексте кроется размышление о том, зачем люди пишут новости, почему их читают:
Он хотел… ну и что он хотел? Проинформировать людей? Да. Вызвать у них беспокойство? По крайней мере, у некоторых. Чего он не ожидал, так это того, что его слова окажутся несущественными. Новостной листок выходит, и… ничего. Всем просто плевать…
Я уже как-то писал, что творчество Пратчетта меня крайне успокаивает, потому что в нем отлично видно: все то, что нас вдохновляет, огорчает и разочаровывает в окружающих — не какая-то уникальная ситуация. Люди так ведут себя не потому что они принципиально плохи, или принципиально хороши, а потому что они принципиально люди. И это актуально для любой страны и политического процесса:
Он уже начинал понимать, что его читатели могут весьма снисходительно относиться к вине политиков, но готовы с пеной у рта спорить о том, какая на самом деле была погода
В общем, если вы вдруг начинаете задумываться о том, а зачем мы вообще работаем? Стоит ли оно того? Всем очень советую почитать. А тех, кто очень переживает из-за реакции сограждан на происходящее вокруг — советую еще и "Патриота" бахнуть. Двенадцать лет назад только на нем моя крышечка и удержалась более или менее в положенном ей месте.
Ну а еще — важнейшему для меня писателю (и автору любимейшего моего литературного образа) сегодня исполнилось бы 78 лет.