Пунит Оза на Splash рассуждает о том, как повлияли теракты в США 11 сентября 2001 года на глобальную мировую торговлю. В частности, он пишет о том, что в течение двух десятилетий после терактов стратегическое внимание Вашингтона было сосредоточено на Афганистане, Ираке и более широкой кампании по борьбе с терроризмом на Ближнем Востоке и в Центральной Азии, а в это время Китай практически беспрепятственно создавал коммерческие и инфраструктурные основы конкурирующего мирового порядка.

Инициатива «Один пояс — один путь», выдвинутая в 2013 году, но основанная на инвестициях в порты и инфраструктуру, которые начали стремительно расти после событий 11 сентября, позволила Китаю получить контрольные или стратегические доли в портах от Пирея до Гвадара и Хамбантоты — «нитку жемчуга», которая превратила инвестиции в коммерческие терминалы в геополитический рычаг влияния. Китайская судостроительная и контейнерно-транспортная отрасли, возглавляемые связанными с государством гигантами, превратились из маргинальных игроков в крупнейший торговый флот и судостроительную базу в мире, а китайские судоходные компании поднялись на вершину мировых рейтингов. Для этого не потребовалось ни единого выстрела — только два десятилетия, в течение которых внимание Соединенных Штатов было приковано к пустыням и горным перевалам, а не к морским путям и верфям.

В результате, спустя четверть века, сложился биполярный — или, по крайней мере, тяготеющий к биполярности — мировой порядок, которого не было до событий 11 сентября. Соответственно, перестроились и альянсы. AUKUS, «Четверка» (США, Япония, Индия, Австралия) и ужесточение позиции США в Южно-Китайском море и вокруг Тайваня — это прямые ответы на действия соперника, чье коммерческое судоходство и военно-морские силы теперь по-настоящему глобальны. С другой стороны, углубляющееся партнерство Китая с Россией, расширение его связей в странах Персидского залива и Африки, а также его роль в качестве доминирующего торгового партнера для большинства развивающихся стран привели к созданию параллельных финансовых и логистических структур — от торговых расчетов в юанях до альтернативных платежных систем, — явно предназначенных для работы вне режима санкций и соблюдения требований, который был создан Западом после событий 11 сентября.

Для судовладельцев и фрахтователей это раздвоение теперь стало повседневной коммерческой реальностью, а не далекой геополитической абстракцией. Режимы экспортного контроля в отношении судостроительных технологий, грузов, содержащих полупроводники, и оборудования двойного назначения добавили совершенно новый уровень требуемой осмотрительности в дополнение к санкциям и проверкам, порожденным правилами финансирования борьбы с терроризмом. Заходы в порты, регистрация судов и даже выбор классификационного общества теперь несут в себе скрытый геополитический сигнал: владелец, связанный с США, заходящий в терминал, контролируемый Китаем, или наоборот, — это уже не нейтральное коммерческое решение, а решение, принимаемое с учетом тарифных режимов, взаимных портовых сборов и постоянного риска возникновения чрезвычайной ситуации в Тайваньском проливе, по сравнению с которой кризис в Красном море покажется незначительным.

С этой точки зрения события 11 сентября не просто ужесточили контроль контрагентов — они также, поглотив стратегические ресурсы Америки на два важнейших десятилетия, помогли создать условия для возвышения единственной державы, способной бросить вызов морскому порядку, который Соединенные Штаты поддерживали с 1945 года. В этом смысле архитектура соблюдения требований, созданная для борьбы с терроризмом, и архитектура альянсов, которую сейчас перестраивают для управления соперничеством великих держав, — это две ветви одного дерева.

Сайт⁠ • Telegram⁠ • Дзен⁠ • ВК⁠ • МАХ⁠

#геополитика_транспорта #актуальные_сюжеты #мировые_тенденции #США #Китай