Mademoiselle la Professeur🇫🇷

Один из самых мистических художников Франции // Кто он?

Парижанин, признанный при жизни, обучавший Анри Матисса и Одилона Редона в Школе изящных искусств, подаривший свой дом государству, прежде превратив его в музей.

Первая ассоциация с художником — миф не только как осмысление тонкостей человеческого бытия, но и исследование собственной природы сквозь призму искусства. Чтобы проанализировать его произведения и рассказать о них Вам, я освежаю в памяти "Царя Эдипа" Софокла, легенду об Орфее, материалы о казни Иоанна Крестителя. Его произведения — это не просто картины по мифологическим и библейским сюжетам, но символическая репрезентация самых сокровенных человеческих эмоций. Для достижения этой цели художник выбирает статику, говорящие позы и взгляды, предметы и жесты.

Его стиль отличают обилие золота и перламутра, орнаментальность, крайняя детализированность. Картины часто написаны в сдержанной цветовой гамме, но содержат яркие детали: рдяные, гранатовые, ультрамариновые. Напоминают мозаику или, по словам В. Г. Власова, "непомерно увеличенные ювелирные изделия".

Художник, которого я могла бы назвать одним из любимых. Художник, чьи картины успокаивают меня и погружают в тишину созерцания. Художник, в музей которого я отправлюсь в первую очередь, оказавшись в Париже.

🧐 Догадываетесь, кто это? Пишите ответ в комментарии! #art #peinture

Названия цветов, пришедшие к нам из французского. Часть I

Знание нескольких иностранных языков имеет безграничное количество преимуществ. Не удивляйтесь, но одно из них – это увеличение словарного запаса своего родного языка. Русский наполнен заимствованиями из французского, например, названиями цветов. Об этом говорим сегодня.

Разделим нашу подборку на две части: цвета, образованные от самих французских слов и те, которые появились благодаря культурным явлениям, имевшим место во Франции. В данной части содержатся именно лексические заимствования из французского.

🎞️Бланжевый (фр. blanche — белая) — устаревшее название кремового оттенка белого, телесного цвета: "...дамы же в летний сезон того года носили бланжевые или гри-перлевые легкие манто с шелковыми отворотами..."* Эта цитата для нас крупная находка, потому что здесь мы можем заметить еще один цвет, пришедший из французского — гри-перлевый у Набокова и гридеперлевый (фр. gris de perle — серость жемчужины) в общей языковой практике. Это, легко догадаться, нежный жемчужный оттенок серого цвета. Форма, использованная Набоковым, тоже верна, потому что этот цвет появился в русском языке в XVIII-XIX веках и писался как слышится.

🟡Жонкилевый (фр. jonquille — нарцисс) — яркий желтый цвет, напоминающий цвет лепестков нарцисса. Использовался в фаянсе и фарфоре Севрской мануфактуры в XVIII в., когда французы старались имитировать натуральные цветы.

➡️Сомо (фр. saumon — лосось/семга) — розовато-оранжевый оттенок, в русском часто называемый лососевым. Поговаривают, что название этого цвета встречается в "Войне и мире", но дело в том, что только поговаривают — в тексте романа его, скорее всего, нет.

🤍Кокеликот (фр. coquelicot — полевой мак) — крайне редкий красный цвет с тепло-оранжевым подтоном, напоминающий оттенок цветков мака. Его появление также ассоциировано со словом coquerico (петушиное "кукареку"), с красным гребешком птицы. Этот цвет использовал Клод Моне в картине под названием "Поле маков у Аржантея".

⚪Прюнелевый (фр. prune / prunelle — слива, чернослив/сливовое дерево) — устаревший вариант названия темного, фиолетово-коричневого оттенка: "Даровитый артист был в прюнелевых полусапожках, имел на левой руке перчатку…"**

😀Пюсовый (фр. puce — блоха) — темно-коричневый, красноватый оттенок, цвет раздавленной блохи. Он был популярен во французской модной культуре XVIII в., когда русская знать активно следила за светской жизнью Франции, в том числе и за модой. Использование этого слова подчеркивало принадлежность к изысканному обществу, но сейчас оно, как и многие другие названия цветов, устарело.

Пока писала этот пост, поняла, что знание подобных нюансов также делает опыт чтения классической литературы более насыщенным, приближая текст к уже осведомленному читателю.

*В. В. Набоков "Другие берега";
**А. П. Чехов "Актерская гибель".

Какой цвет Вам ближе всего? Мне нравится пюсовый, очень благородный, несмотря на происхождение названия...

Ставьте ❤️, если было полезно, и до скорых встреч! #vocabulaire #étymologie

Рефлексия филолога

Когда я читала и анализировала сборник Ш. Нодье, меня особенно заинтересовала идея коммуникации между тем, кто оставляет пометы на полях книги, и тем, кто их потом изучает. Это непосредственное общение между двумя реальными людьми. И тут меня осенило: некоторые литературоведы настаивают на том, что само художественное произведение — способ коммуникации между автором и читателем, что для диалога не нужно участие реального человека, покрывающего полотно книги своими письменами. Давайте обсудим это поподробнее на основе нескольких филологических теорий.

✨Автор мертв — что это значит? Начнем мы с самой провокационной и категоричной теории, разработанной Роланом Бартом, французским философом, филологом и семиотиком. В знаменитом эссе "Смерть автора" он критикует биографический метод в литературоведении, заключающийся в примате авторской фигуры над созданным им текстом. Этот подход рассматривает текст не имманентно, а с точки зрения судьбы писателя, его вкусов и страстей. Барт же, ссылаясь на Малларме, утверждает, что с читателем говорит не автор и даже не текст, а сам язык: "...книга сама соткана из знаков, сама подражает чему-то уже забытому, и так до бесконечности". Здесь важна не фигура творца, которая как бы замыкает текст на окончательном смысле, а фигура читателя, воспринимающего язык произведения и конструирующего смысл. Барт приводит в пример греческую трагедию, где действующие лица понимают слова друг друга по-своему, односторонне, но над которой простирается сознание читателя, слышащего "каждое слово во всей его двойственности".

✨Предполагаемый автор — что это значит? Теорию Барта с рецептивной эстетикой объединяет переход от наблюдения за авторским намерерием к исследованию читательского отклика. Рецепция (от фр. réception) — это восприятие и интерпретация текста, производимая читателем. Немецкий литературовед В. Изер, анализируя развитие литературоведения, подчеркивает, что от поиска идеи произведения филологи перешли к процессу освоения текста реципиентом. Изер не убивает автора, но вводит в филологическую традицию понятия "имплицитного автора" и "имплицитного читателя". Первый — это тот образ писателя, который создается в голове читателя в процессе освоения текста; второй — предполагаемый читатель художественного текста, идеальный реципиент, который понимает все речевые стратегии автора. Подобную теорию разрабатывает итальянский семиотик Умберто Эко, полагающий, что при написании художественного произведения автор имеет в виду модель некого читателя, который может корректно воспринять созданный им текст (теория М-читателя).

✨Автор-творец, автор-личность и герой — в чем разница? С большой эстетической, философской и проникновенно-человечной глубиной воспринимает литературу мой любимый филолог, М. М. Бахтин. Его теория восприятия авторской фигуры антропоцентрична, так как строится на основе анализа героя художественного произведения. Персонаж является ценностным центром художественного мира, реальность произведения создана для него, каждое событие является частью его индивидуальной судьбы. Только в литературе мы можем разглядеть человека во всей его целостности, чего не можем сделать в жизни — мы судим о людях по случайным поступкам, в которых мы так или иначе заинтересованы. Все проявления героя в книге — моменты, свидетельствующие о целом. Автор-творец — это сущность, слитая с текстом самого произведения, вшитая в его структуру, это сила, организующая жизнь и целостность героя: структуру его образа, ритм обнаружения, выбор смысловых моментов. Автор-личность появляется тогда, когда книга дописана, и оценивает автора-творца со стороны. Именно поэтому Бахтин советует не прибегать к сопоставлению позиций реального автора и героя созданного им произведения, чем часто грешит филологическая наука.

А ведь, интерпретируя Бахтина, автор — это Бог, а герои — люди... Но это уже совсем другая история.

Если Вы вдруг увлеклись одной из вышеперечисленных теорий, пишите в комментарии имя интересующего литературоведа, а я посоветую конкретные источники для изучения.

#littérature ✨

Рефлексия читателя2️⃣

Исследуемый нами сборник не просто так называется "Читайте старые книги". Красной нитью в нем проходит критика литературной ситуации XVIII и XIX столетий. Нодье убежден в том, что мир достиг возраста зрелости, и всё, что человечество могло, оно уже совершило. По его мнению, начиная с его эпохи, общество будет развиваться как бы по спирали, циклично переживая все стадии своего развития: "...сначала долгое несмышленое младенчество, затем терзаемая неистовыми страстями юность, стремящаяся к призрачным целям, и, наконец, немощная старость, озлобленная утратой всех надежд и переходящая от отчаяния к апатии". То же, сокрушается Нодье, ждет и литературу и науки, беспрестанно ходящие по кругу. Все истины уже были высказаны древними мудрецами, в особенности римлянами и греками, и современник Нодье, замысливший совершение сногсшибательного открытия, лишь придет к выводам, сделанным много столетий назад. Библиофил предлагает выход из сложившейся ситуации, заключающийся в классификации уже существующих разрозненных идей.

Можем ли мы согласиться с ним? Я не знаю деятелей культуры, которые бы не ругали свой век. У А. С. Пушкина мы читаем: "Мысль о золотом веке сродна всем народам и доказывает только, что люди никогда не довольны настоящим и, по опыту имея мало надежды на будущее, украшают невозвратимое минувшее всеми цветами своего воображения". Возразить Нодье можно было бы тем, что в силу пережитого опыта и индвидуальных особенностей психики сознание каждого отдельного человека реагирует на историческую действительность по-разному. Да, потрясения и подъемы мировой истории схожи, одна революция неизбежно похожа на другую, но творческое осмысление всегда разное, о чем нам говорит бесчисленное количество направлений в искусстве. Также нельзя отрицать влияние на творца особого менталитета, присущего его народу. Русский писатель окажется под влиянием славянского фольклора, австрийский — немецкого, шведский — скандинавского, и т. д. Литературное произведение может содержать фольклорную основу, символические черты, техники сюрреализма, аллюзии на мировую литературу, что сделает его уникальнейшим из существующих. Не стоит забывать и об интертекстуальности, внутритекстовой коммуникации между писателями из разных уголков планеты.

Есть еще одна тема, поднимаемая Нодье, которую я хотела бы обсудить — плохие книги. Из эссе в эссе библиофил противоречит самому себе, где-то утверждая, что книгопечатание "безвольно и бездумно, оно подчиняется, не рассуждая, и распространяет как хорошее, так и дурное", где-то, цитируя К. Фоше, что "нет такого ничтожного автора, который не способен принести пользу, хотя бы как свидетель своего времени". Последний тезис прекрасно оспаривает идею о том, что "плохая литература", как бы Вы ее не представляли, не нужна. Любой автор запечатлевает свою эпоху, как минимум, фиксируя свой образ, образ типичного героя своей эпохи.

Человеческий рок и отягчен, и в каком-то роде облегчен свободой выбора. По моему мнению, это самое ценное, что имеет каждый из нас. Ю. М. Лотман блестяще рассуждал на эту тему: "Проще сделать его <мир> казармой, или тюрьмой, или очень хорошим зоологическим садом, где зверей будут кормить и гладить, но всё за них решать. Но всё-таки жить нам надо в человеческом мире, который накладывает на нас муки выбора, неизбежность ошибок, величайшую ответственность, но зато даёт и совесть, и гениальность, и всё то, что делает человека человеком". Мы сами должны выбирать, что считать хорошим, а что плохим, и какие читать книги. Более того — а судьи кто? Кому всё человечество единогласно поручит отмечать одни художественные произведения печатью бездарности, другие — гениальности? Многих величайших авторов современность отвергала, а последующие поколения возносили на пьедестал. Не стоит требовать от человека объективности.

Наконец, сборник Нодье содержит великолепные рассуждения о самых разнообразных аспектах культуры, и моё несогласие с ним только обогащает дискурс. Читайте старые книги!

#littérature 🌟

Кстати об авторских пометах! Я убеждена в том, что почерк человека говорит многое о его мышлении и характере. Предлагаю Вам рассмотреть заметки писателей и сопоставить их почерк с тем, что мы знаем о них, как о личностях и творцах🖋

#littérature

Channel name was changed to «Mademoiselle la Professeur🇫🇷»

Рефлексия читателя #littérature

В некоторых публикациях мне хочется писать не только с филологической перспективы, но и из позиции обычного читателя со своим опытом. Каждый человек, даже великие литературные деятели, является читателем и владельцем собственной библиотеки. Здесь речь пойдет о том, как к книгам относился Шарль Нодье (1780-1844), французский библиофил эпохи романтизма.

Собственно, в одном из эссе из сборника под названием "Читайте старые книги" Нодье даёт определение слову "библиофил", отделяя его от понятий "библиоман" и "библиофоб". Библиофил — это "человек с умом и вкусом, влюбленный в творения гения, фантазии и чувства. Он любит мысленно беседовать с великими умами, чье общество необременительно". Нодье делает акцент именно на ценностном аспекте литературы, а не на вещественном. В чтении книги он видит общение с интеллектуалами былых времен, и тем самым он в некотором роде предвосхищает герменевтику и рецептивную эстетику, где полагается, что чтение — это коммуникативный акт между автором и реципиентом. Без филологии всё же никуда... Нодье продолжает: "Он любит книгу <...> как влюбленный — портрет возлюбленной; подобно влюбленному, он с наслаждением украшает предмет своей любви". Чтение здесь — это идеализированный процесс, и даже выбор изысканного издания влеком не материальными побуждениями, а практически романтической любовью. Библиоман, в свою очередь, зациклен на накоплении книг, он "сваливает книги в кучу, не читая их".

Откровенно говоря, я думаю, что современный человек склонен к тому, чтобы быть библиоманом, так как в нашем обществе бушует потребительская лихорадка, и купить книгу, впоследствии поставив её на полку, важнее, чем её прочитать. Шкафы людей распухают от самых разнообразных книг, разрекламированных в социальных сетях, книг одиноких, заброшенных, непрочитанных... Теперь Вы знаете о том, что библиоманы существовали с тех времен, как книгопечатание стало общедоступным.

Одним из основных удовольствий, доступных французским библиофилам XIX века, был поиск редких книг с заметками различных авторов. Нодье рассказывает об изданиях Бокаччо с пометами Лафонетна и Теренция с пометами Мольера. Представьте, сколько сейчас стоят такие книги!

Когда книгопечатание только появилось, ученые тех лет не осмеливались оставлять пометы на драгоценных книгах, но в пору расцвета типографского дела количество печатных изданий возросло настолько, что люди начали путаться в том, где и чей экземпляр. Именно поэтому владельцы книг писали на форзаце свои инициалы, чтобы "отметить свою собственность" или утолить тщеславие. На некоторых книгах подпись заменялась гербом или другими опознавательными знаками. Сейчас мы вряд ли будем помечать своим именем титульный лист купленной только что книги, но пометы других людей всё еще ценятся современными библиофилами. Что уж говорить о заметках литературоведов или писателей, приятно взять в руки книгу друга или возлюбленного, исписанную его размышлениями по поводу прочитанного. Лично мне отрадно видеть даже подчеркивания в книгах, заимствованных у близких, ведь это еще один способ коммуникации, иногда более сакральный, чем живое общение. Разные люди обращают внимание на разные моменты в книгах, поэтому всегда увлекательно узнать, да еще и в моменте чтения, что тронуло за душу того, кому принадлежало издание до тебя.

Мы вплотную подошли к мысли о том, что библиотека человека и то, какие именно он читает книги, говорит о нём практически всё. Человек — компиляция вычлененных из художественных произведений идей, философских и эстетических воззрений мудрецов прошлого, перенесенных во время чтения эмоциональных потрясений и откровений. Нодье отмечает, что в мире не найти двух одинаковых библиотек, как не найти двух одинаковых умов. В свете данной позиции интересно задуматься — а не бесполезно ли советовать другим людям книги, если "о вкусах не спорят"? По моему убеждению, книжные рекомендации имеют смысл, ведь мое любимое произведение, "Степной волк", посоветовал мне совершенно незнакомый человек и оказался прав!

Продолжение следует...

"Тот, кто не умеет ни читать, ни писать, обладает бесценным преимуществом — сочиняя книгу, он может самостоятельно мыслить, а что еще нужно, чтобы перевернуть мир?"

Ш. Нодье

#citation