#ложь

С самого утра Драко не отпускает дерьмовое предчувствие. От подступающей тошноты кусок в горло не лезет. В голове точно белый шум, а в груди ноет. Тяжестью сковывает рёбра. Грейнджер. Она не выходит из головы, словно он теряет что-то очень значимое и теперь сполна ощущает пустоту. Чёрт.

Это должно пугать?

Малфой не знает, что делать. Понятия не имеет, как заслужить её внимание, и злится на себя — он смог сыграть свою увлечённость Гермионой, и она поверила ему. А сейчас кажется — не хватит всех слов во Вселенной, чтобы она простила. Даже нет. Дала шанс исправить. Показать, насколько сильно он привязан и… Блядь. Какой же он кретин.

Ты влюбился.

И обидел такую женщину…

Драко тяжело дышит, прикрывает глаза и вспоминает звонок Паркинсона отцу поздно вечером. По громкой связи отчётливо слышно насколько Митчелу плевать на всё и как же он зол.

«Он хочет снести за попытку! Не свершение деяния. Его маленькая дрянь понятия не имеет на кого замахнулась!».

«Все нормально, ничего не рухнет».

«Я это так не оставлю. Ты и твой сын — одной породы. Только ради своих интересов впахиваете».

«Посмотрим, что будет завтра».

Пэнси ему уже ничего не пишет. Вероятно, понимает, что поддержки уже не получит. Но именно поэтому Малфоя и гложет волнение. Он может просчитать бесконечное количество шагов наперёд, но не попасть ни в один реальный. И сейчас Драко не знает, чего ждать от этого дня.

Отец уезжает раньше. Тишина в особняке давит и заставляет собираться быстрее, хотя Малфой слабо представляет, как будет выглядеть на этом собрании. Может, послать всё к чёрту и просто уехать? Грейнджер явно не оценит очередную порцию лжи, и даже если после этого он будет перед ней исключительно на коленях, она… блядь.

А когда Драко подъезжает к офису, до собрания остаётся около получаса. Слишком мало. Почти критично. Но он видит её, и сучья дрожь проходит по коленкам. Малфой вздрагивает, глушит мотор и откидывается на спинку сидения. Чуть прищурившись, он наблюдает за Гермионой и чувствует, как ноет в рёбрах, отдаваясь колким спазмом в левой лопатке. Да, сука!

Грейнджер одна недалеко у главного входа. Не торопится, не мельтешит. Словно чтобы войти сегодня в офис, ей тоже нужен какой-то ритуал.

Если Драко подойдёт к ней сейчас, какова вероятность, что она не сбежит? Он не знает. Но выходит из машины, поправляя наскоро накинутый пиджак.

Вокруг не так много людей, снующих туда-сюда. Но Малфой почему-то осматривается, поддаваясь паранойе. Есть вещи, которые ты не можешь объяснить, но подсознательно ищешь опасность. Что-то произойдёт или уже случилось. Гермиона вздыхает, приподнимая плечи. Делает шаг — раздаётся стук каблуков об асфальт, и Драко сглатывает, кидая взгляд к её стройным ногам.

И в этот момент запускается какой-то невидимый механизм. Краем глаза он замечает тёмное пятно. Невысокая, но коренастая фигура. Лицо скрыто — капюшон толстовки и кепка. Руки по карманам, быстрый шаг — слева от Грейнджер. Малфой не придаёт этому никакого значения, но ускоряется.

Таких людей бесчисленное количество. Вот только внутреннее чутье сигнализирует об обратном. Блядь.

— Грейнджер!

Дыхание срывается. И дальше всё размытое. Быстрое. Кадрами. Обрывками. Драко фокусируется на её удивлённом взгляде — до того, как эмоция на лице Гермионы резко не изменится на панику.

Крик. Какой-то девушки, что проходит мимо.

Всё происходит будто за секунду. Грейнджер ожидаемо увиливает, хочет избежать прикосновения Малфоя, но он только крепче вонзается пальцами в её локоть и дёргает с такой силой, что она едва не падает.

Ей следует бояться не его, чёрт возьми. Цепная реакция.

Драко меняет их местами и сталкивается с тем мужчиной, короткая переглядка. Касание. Напряжение уходит. Адреналин бьёт жаром до озноба.

Раз. Два. На три — на асфальте появляются капли крови. Мужчина дёргается, прячет руки в карманы и ретируется — быстро. Слишком, чтобы кто-то его поймал.

— Малфой?! МАЛФОЙ! — до Гермионы наконец доходит. Когда он падает перед ней на колени, а на белой рубашке появляется яркий алый след.

От прямого ножевого ранения.

И лезвия там уже нет.