Минфин и Банк России начали прорабатывать возможную модель российского стейблкоина. Пока речь идет не о готовом законопроекте, а о базовой архитектуре инструмента: кто сможет его выпускать, чем он будет обеспечен и для каких операций разрешат его использовать.

Стейблкоин представляет собой цифровой токен с относительно стабильной стоимостью, обычно привязанной к национальной валюте или другому активу. В отличие от цифрового рубля, который является обязательством Банка России, за стейблкоином, как правило, стоит отдельный эмитент и собственная система обеспечения резервами.

Практический интерес государства к такому инструменту во многом связан с расчетами и переводами через блокчейн, прежде всего во внешнеэкономической деятельности. С сентября российское регулирование уже допускает операции с криптоактивами через легальную инфраструктуру, но использование их для оплаты товаров и услуг внутри страны в основном остается запрещенным.

Отдельная причина для разработки собственного инструмента — риски иностранных стейблкоинов, включая возможность их блокировки эмитентами или зарубежными регуляторами. Российские власти ранее прямо обращали внимание на эту уязвимость.

При этом рынок уже фактически тестирует рублевые аналоги: стейблкоин A7A5, привязанный к рублю в соотношении один к одному, получил в России статус цифрового финансового актива, а объем операций с ним в августе оценивался почти в $140 млрд. Поэтому обсуждение собственного российского стейблкоина выглядит уже не теоретическим экспериментом, а попыткой встроить подобные инструменты в регулируемую финансовую систему.