Я долго думал, почему большая часть стихотворений Метажурнала оставляет у меня такое гнетущее чувство. Неужели дело в том, что я не люблю стихи? Или в том, что я недостаточно открыт к другим системам письма? Да вроде ни то, ни другое — какой-то системой письма меня (как и любого академического исследователя современной поэзии) удивить сложно. А по поводу любви к стихам — так вот листаешь ленту, и нет-нет, да попадается маленькое чудо вроде выбранного стихотворения Григория Стариковского. И ради таких маленьких чудес хочется жить, а вместе с тем писать, что, впрочем, одно и то же.

А дело всё, как мне кажется, в аффекте. В стихотворении Стариковского его нет. Это текст, который не пытается задеть какую-то болезненную для лит. сообщества тему, не пытается вызвать непосредственную реакцию, выдавая себя за то, чем он не является. Здесь нет травмы (во всяком случае, она не на поверхности), нет ресентимента.

Регистр стихотворения — максимально сглаженный, а содержание его — универсально: лес, закат, "раскалённое" красное небо, колокольчики, голубица... Строчка за строчкой мы "скользим" по тексту, как скользит взгляд человека, жадно пытающегося запомнить всё, что видит и чувствует в данный момент. Мы сами становимся этим человеком. Вот тонкие, как струны, деревья (видимо, осень), вот небо и зарево облаков, вот известняк под ногами, язычки колокольчиков. Взгляд выхватывает то, что всего через несколько минут уже будет неразличимой тенью.

Наконец, само зрение в этих условиях истончается и застывает причудливой извилистой линией — хрупкой проволокой движения глаз.

Так, вместо аффекта, который должен непосредственно что-то вызвать в читателе, как-то отделить его от других, вовлекая его в конкретное эмоциональное сообщество, стихотворение Стариковского позволяет читающему как бы "кожей", телесно, прожить сам опыт поэтического высказывания. Причём прожить без необходимости считывать цитаты или искать ключ, — пользуясь лишь "подручным" (языковым и телесным) материалом. Как итог, приглашая в себя, приглашая стать собой, это стихотворение, несмотря ни на что, оставляет за читателем возможность и право оставаться безразличным и, не испытывая каких-либо сильных эмоций в процессе чтения, не примыкать к какому бы то ни было сообществу, оставаясь наедине с поэтическим опытом. На мой взгляд, это большая редкость для современной русскоязычной поэзии, и это стоит ценить

#комментарий_Михаила_Бешимова