Притча
МЕНУЭТ
 
— Ну что, мой любопытный мальчик… Давай свои вопросы.
— Скажи: а почему это называется «менопауза»? Разве она пауза? Ведь потом уже ничего не вернётся?
— Нет, конечно, не вернётся. Это, так сказать, «вечная пауза».
— Женщина умирает?
— Женщина только и делает, что умирает.
— Как так?
— Ты же знаешь, что такое потеря девственности? Это тоже смерть. Девушки похоронные песни поют. Была девочка — чистая, невинная — нет больше девочки. И ребёнок все силы высасывает. Женщина свои зубы и волосы ребёнку отдаёт. Свою стройность и молодость. Почему, думаешь, рожать так больно? Это смерть.
— Тебе тоже было больно?
— Конечно. Я ведь умерла.
— И дефлорация — больно?
— Да. Потому что и это смерть.
— А ещё месячные?
— И месячные. Женщина каждый месяц умирает. Истекает кровью — и нет её больше. Месяц за месяцем. А потом встаёт на вечную паузу.
— А мужчина не умирает?
— Вы только рождаетесь. Бар-мицва — рождается мужчина. Первая охота — рождается воин. Первый секс — рождается любовник. Нет больно.
— А потом?
— А потом седина в голову — бес в ребро. Рождается бес. А в старости рождается мудрец. Ни боли, ни смерти.
— Ты много раз умирала?
— Конечно. Когда первый раз кровь на трусах увидела, умерла. Когда первый раз поцеловалась — тоже умерла. В первую ночь в одной постели умерла. Когда он меня бросил — совсем умерла. Замуж вышла — умерла, и фамилию потеряла. Первого родила — зубы посыпались. Второго родила — волосы потеряла…
— Ну, хоть до менопаузы тебе далеко…
— А я и не собираюсь дожидаться. Ни малейшего желания становиться старушкой. Лучше решить вопрос раз и навсегда, чтобы умирать уже не требовалось. Имею право?
— Ну… не знаю.
— Представь себе праздничный стол: салаты съели, горячее съели, ещё десерт предстоит. Ты — ребёнок, ты встаёшь и говоришь: «Спасибо, я наелся». А тебе хором: «Так ещё же десерт!» А ты: «Не хочу, спасибо», — и собираешься уйти, а тебя хватают за одежду, тянут, сажают: пока десерт не съешь — из-за стола не встанешь…
— Ты не хочешь десерт?
— Старушку на десерт? Нет, не хочу.
— Я… даже не знаю... Как-то это неправильно…
— Брось, может, я и шучу — стану весёлой бабкой. Понравлюсь тебе бабкой? Впрочем, это уже другая тема. Ты удовлетворил своё любопытство?
— Почти. Получается, что женщины всё время умирают, а мужчины — рождаются?
— Так и есть, да. И потому женщины живут вечно, а мужчины исчезают.
— Не понимаю…
— А что тут понимать? Женщина — природный цикл: живёт летом — умирает зимой — весной рождается. Год за годом, месяц за месяцем. И никогда этот цикл не прервётся, что бы она — что бы я — с собой ни сделала.
— Значит, всё же пауза?
— Вечная пауза. Умирающей женщине суждена жизнь вечная. А мужчина как дуб: растёт-растёт, а потом берёт и засыхает.
— «Умирающей женщине суждена жизнь вечная»… А я, как же я?
— … Ты плачешь, мой мальчик… Дай я тебя пожалею… И ты станешь большой. Как я…
 
(По мотивам бесед с Ксенией Костомаровой. Воспользовался некоторыми ее образами.)