На тему истоков повесточки в 2023 году вышла отличная книга. Яша Мунк, политолог и автор «Ловушки идентичности», прослеживает, как мы пришли к новой морали, где групповой опыт и историческая травма вытесняют индивидуальные качества.
В американских и британских университетах с 80-х активно развивались критические теории. Постмодерн, постколониализм, деконструкция, расовая и гендерная критика стали мейнстримом в гуманитарных науках. В России, например, традиции этих направлений не сложились как мощные интеллектуальные школы. Их переводили, обсуждали в узких кругах, но они не стали частью массовой академической программы.
В 2010-х годах теории начали стремительно выходить за пределы университетов и формировать новую общественную повестку. Немало этому способствует тесная связь западных университетов с медиа, культурной индустрией, активизмом. Сформировалась инфраструктура для экспорта идей.
Теории, объяснявшие угнетение и несправедливость, получили прикладное значение: сначала это казалось освобождающим. Активисты использовали их в борьбе за равноправие и представительство. Но при этом академические идеи были упрощены до лозунгов, вырваны из контекста, лишены нюансов. Упростились до состояния «понятно за минуту в Твиттере».
И вот новая модель справедливости — компенсации исторической боли.
Личность отступает перед группой. Идентичность — это политический ярлык. Справедливость теперь измеряется не универсальными стандартами, а балансом обид. Появляется моральная иерархия угнетённости: чем больше страдала твоя группа — тем весомее твой голос.

Как предупреждает Мунк, такая система ведёт к фрагментации. Общий культурный язык теряется. Универсальные права — свобода, равенство, достоинство — звучат всё тише на фоне разговоров о репрезентации, травме и исторической вине. Вместо объединения мы получаем конкуренцию за признание. Вместо равенства — новую форму сегрегации.

Мунк не предлагает игнорировать несправедливости прошлого. Но он настаивает: путь вперёд лежит не через каталогизацию обид, а через возвращение к общим ценностям. Те, что объединяют — не по признаку расы, гендера или происхождения, а по факту принадлежности к человечеству. Старомодно и одновременно радикально: поверить, что свобода и равенство — всё ещё рабочие идеи.