О британских антропологии и колониализме, v

эпиграф: There is a moral obligation to every calling, even to that of a scientific specialist. The duty of the anthropologist is to be a fair and true interpreter of the Native ... The Native still needs help.
- Bronislaw K. Malinowski

Benoît de L'Estoile обращает внимание на часто упоминаемые конфликты между антропологами и образованными африканцами ("les élites scolarisées de l'Afrique coloniale") и выдвигает гипотезу, что они проистекают из того, что обе группы претендуют на право говорить от лица "своих" африканцев - и на соответсвующее положение в колониальной системе. Политика косвенного управления и функционализм отказываются от идеалов цивилизаторской миссии и теории однолинейной эволюции, признавая ценность традиционных институтов и рассматривая их как основу для будущего развития. Как следствие, утверждает B.E., образованные африканцы перестают рассматриваться ими как наиболее развитые, они перестают быть "les alliés « naturels » de la « civilisation » et de la christianisation" и не могут представлять интересы своих соотечественников.
Ниже - некоторые детали из (предварительной) работы B.E. и оговорки, которые мне хотелось бы сделать.

Во-первых, в статье рассматриваются только конфликтующие притязания на "un monopole de l'interprétation" со стороны антропологов и образованных африканцев, хотя среди "соперников" антропологов были и европейцы - колониальные служащие, миссионеры и некоторые другие. Колониальные власти полагались отнюдь не только на данные антропологов - например, как указывает Audrey I. Richards, "ad hoс studies of immediate importance" могли производиться вообще без их участия, хотя бы по той причине, что проведение этнографических исследований в Африке требовало значительного времени*.

Во-вторых, переход к косвенному управлению и функционализму описан очень схематично - например, желание насколько возможно сохранить местную культуру предстает исключительной особенностью функционализма**. Предполагаемое изменение положения образованных афиканцев в колониальном системе B.E. не подтверждает никакими данными.

Наконец, очень условной условной остается категория "les élites scolarisées". Естественно, не все образованные африканцы были врадебно настроены к антропологии; в качестве наиболее известного примера обратного B.E. указывает на Джомо Кеньятту. Возможность описания этой группы в целом ограничена недостатком источников: "les « Africains » dont il est question apparaissent le plus souvent dans les écrits d'Européens, au discours indirect, et restent anonymes."

___
* Ниже она признает: "Some of us felt rather slighted by this at the time". Иронично, что к моменту написания статьи досадная неспособность "вытеснить конкурентов" превращается в важный аргумент в защиту дисциплины от обвинений в службе колониализму. Взгляд B.E. на отношения между антропологией и колониальной администрацией подробнее описан в [de L'Estoile - "The 'natural preserve of anthropologists'..." (1997)].
** Хотя как эту, так и ряд других черт с ними делили, например, некоторые из британских колониальных служащих, писавших о нага [West - "Writing the Nagas...", (1994)].

de L'Estoile - "Au nom des « vrais Africains » ... " (1997)
Richards - "The colonial office and the organization of social research" (1977)
эпиграф: Malinowski - "The Dynamics of Culture Change" (1945, посмертно)