Из чего же сделаны наши истерики❓
Ну ладно, не наши, а детские, потому что с нашими, взрослыми, всё гораздо сложнее 🙃
С детскими тоже не всё так просто. Для начала, казалось бы, простой вопрос: «А что можно уже назвать истерикой, а что нет?»

Команда под руководством Lauren Wakschlag опросила родителей 1490 детей 3–5 лет и выстроила 22 конкретных поведенческих проявления истерик в единую шкалу тяжести — от самых обычных до по-настоящему тревожных. Попутно у нас появился перечень поведения, которое мы можем назвать «истерическим»

Шкала получилась занятная. Внизу — мягкие, понятные реакции: ребёнок теряет терпение, когда устал, голоден или расстроен, капризничает перед сном или во время еды. А наверху, за чертой 95-го процентиля, признаки, которые товарищи учёные посчитали выходящими за пределы возрастной нормы: истерика длится дольше 5 минут, ребёнок бьёт, кусает, ломает вещи, срывается «на пустом месте» без видимой причины, не успокаивается даже с помощью родителя или надолго застревает в гневе

Но простого чек-листа всё равно не получилось. Например, с одной стороны истерику дольше 5 минут отнесли к тревожным признакам, а с другой в их выборке 41,2% хотя бы раз за последний месяц имели истерику дольше 5 минут. 23,5% обычных детей хотя бы раз за месяц кусали, били или пинали кого-то во время истерики. То есть почти половина и почти четверть здоровых детей демонстрировали «проблемное» поведение

Ключевая мысль авторов: 95-й процентиль (порог тяжести) — это не «сам факт наличия поведения». Интерпретировать любой отдельный пункт шкалы как самостоятельный диагностический признак нельзя. Даже «нормальное» поведение может стать клинически значимым при высокой частоте, и наоборот, «проблемное» поведение может быть красным флагом даже при низкой частоте. В то же время, значение имеет положение ребёнка на общей шкале тяжести (по совокупности всех 22 поведений), сочетание их между собой, а не только частота «проблемного» поведения