Клаус Хамбергер:
«Хотя радужный змей (да анидохоедо) и змей термитника (комеда) четко отличаются от речного змея (тохосу) и морского змея (Мами Вата), истории об этих водунах позволяют взглянуть на их топографию в перспективе: Мами проявляется в виде радуги во время погребения своих жертв, дети Тохосу превращаются в светящиеся волны, чтобы, подобно змеям, ползать по стенам своих комнат, а вода в колодце, где обитает змей, поймавший неосторожную женщину, поднимается и опускается — словно прилив <…> функция состоит в том, чтобы соединять все сферы, циркулируя между ними. Дан — повсюду — кроме поверхности земли: никогда по-настоящему змея не отождествляется с ней. Если воду и змею таким образом отличают связь и подвижность, то земля, напротив, имеет в качестве отличительных признаков не только неподвижность, но и обособленность. Это не твердое тело, а поверхность, разделяющая верх и низ, внешнее и внутреннее — это оболочка, кожа».
#vodoun