Вчера я последний раз встречалась с психологиней, к которой ходила на протяжении двух лет. Оказалось, что это очень грустно — расставаться после такого долгого срока. Я пришла к ней в кризисный момент своей жизни после того, как поймала себя рыдающей над только что съеденной пачкой орехов. И хотя мой первоначальный запрос про нарушенные отношения с едой решился довольно быстро, я осталась — и это были очень интересные два года.

Это был мой первый опыт терапии, я пришла в неё, насмотревшись сериалов и начитавшись Ирвина Ялома, у которого каждый случай — это маленький драматургическим шедевр с завязкой, кульминацией и развязкой. Неудивительно, что у меня была куча ожиданий, ни одно из которых не оправдалось. Я была уверена, что:

🔹 Буду очень много плакать. Все киногерои бесконечно рыдают на сессиях — а я чем хуже? Мое несоответствие этому стереотипу очень меня мучило, я даже всерьёз начала считать, что у меня проблемы с эмоциями и что внутри меня — ледяная пустыня. Жизнь в конце концов подтвердила, что это не так, но регулярно плакать я так и не начала, что, кстати, не мешало проявляться терапевтическому эффекту.

🔹 Узнаю какую-то тайную правду о себе. В какой-то момент в процессе работы я сформулировала это ожидание так: я боюсь, что узнаю о себе что-то страшное, и одновременно боюсь, что не узнаю (потому что это будет означать, что я поверхностный человек). Мне казалось, что из меня начнёт хлестать бессознательное, из души полезут демоны, и наконец-то я посмотрю им в глаза. Стоит ли говорить, что с этой нарциссической иллюзией мне пришлось расстаться.

🔹 Пойму все про своё детство. Я росла с зависимым от алкоголя взрослым и, придя в терапию, понимала, что рано или поздно должна буду разобраться с этим багажом. Но выяснилось, что процесс исследования, объяснения, оплакивания моего прошлого требует гораздо большего времени. Он продолжается прямо сейчас, и я больше не думаю, что когда-нибудь смогу разложить свою жизнь по полочкам и раз и навсегда Все Понять.

🔹 Радикально изменю свою жизнь. Ещё один миф, который в моем случае не подтвердился: начинаешь работать с психологом — будь готова развестись, продать квартиру, бросить работу и уехать в Антарктиду переворачивать пингвинов. Тут я выяснила сразу две вещи: да, мне действительно не хватает риска, спонтанности и интенсивности переживаний; и нет, для их обретения не обязательно делать все вышеперечисленное, достаточно научиться открываться навстречу возможностям, которые дарит та жизнь, которая у меня есть.

Теперь я смотрю на эти два года как на опыт непростой, холмистый, несовершенный, совсем не киношный — и именно таким он мне дорог, потому что (простите за банальность) все совершенное не имеет никакого отношения к настоящей жизни.